Алек молчал, пытаясь придумать, как сформулировать проблему, и Рафаэль растопырил пальцы. – Три. Два. Один…
– Ведь ты руководишь кланом вампиров, верно? – обратился к нему Алек. – Поэтому ты должен многое знать о том, что происходит среди жителей Нижнего Мира.
– Я знаю больше, чем ты когда-либо узнаешь, Сумеречный охотник.
Алек в досаде поднял глаза к небу.
– Тебе что-нибудь известно о «Багровой Руке»? Это секта."
"– Я о ней слышал, – отозвался Рафаэль. – Ходят слухи, что ее основал Магнус.
Алек молчал.
– Я в это не верю, – продолжал вампир.
– Замечательно, – сказал Алек. – Спасибо.
– Ладно, я поговорю кое с кем, – снизошел Рафаэль.
– Отлично, – воскликнул Алек. – Дай мне свой номер.
– У меня нет телефона.
– Рафаэль, я прекрасно знаю, что телефон у тебя есть, ты набирал на нем сообщения, когда я увидел тебя на вечеринке.
Рафаэль, наконец-то, обернулся и окинул Алека настороженным взглядом. Эллиотт и Лили отступили и переглянулись. После небольшой паузы Рафаэль шагнул вперед, вытащил из кармана телефон и сунул его в руку Алеку.
Джейс на его месте придумал бы нечто более оригинальное. Ну ничего. Не всем же быть остряками.
– Исторический момент, – объявила Лили. – Впервые за пятьдесят лет Рафаэль дает кому-то свой телефон после вечеринки.
Эллиотт, который уже начинал засыпать на ходу, поднял голову.
– За это стоит выпить!
Рафаэль и Алек не обратили внимания на эту реплику. Алек вернул вампиру телефон, Рафаэль его принял, и оба кивнули друг другу.
– Насчет Бейна. Не вздумай причинить ему боль, – неожиданно произнес Рафаэль.
Алек помолчал, не зная, что сказать.
– Нет, – ответил он мягко. – Я бы никогда…
Рафаэль властно поднял руку.
– Хватит нести чушь, пожалуйста, – отрезал он. – Меня не волнует, если ты ранишь, как это говорится, его «нежные чувства». Можешь его бросить хоть сейчас, мне бы это даже понравилось.
– Я вовсе не собираюсь его убивать, – в ужасе пробормотал Алек.
Он даже похолодел при этой мысли, и ему стало еще холоднее, когда он взглянул в лицо Рафаэлю. Вампир говорил совершенно серьезно.
– Правда? – переспросил Рафаэль. – Ты же Сумеречный охотник.
Он произнес это слово с тем же выражением, что и посетители и торговцы Сумеречного базара, но оно звучало иначе, чем прежде.