Волк-одиночка… Я тщательно все проверил… Вы пришли ниоткуда, а с большевистским подпольем и партизанами связаны лишь постольку поскольку. Скажем так — по ситуации. Так что почему бы вам не послужить и нашему делу?
— Согласен. Только теперь мне нужна действительно крупная добыча!
— Насколько — крупная? Крупнее, чем Вольфрам Зиверс, генеральный секретарь Аненербе?
— Вы даже это знаете?
— Разумеется. И раздобыл эти данные, кстати, ваш хороший знакомый Серебряков.
— Зиверса я ликвидировал случайно, он мог меня выдать, — отмахнулся я.
— Кандидатура Энгельмайера — начальника полиции и СД — вас устроит?
— Вполне. А — вас?
— Безусловно. Только это должна быть действительно эффектная расправа, а не банальная поножовщина в подворотне.
— Вы читаете мои мысли, Михаил Иванович.
Он самовлюбленно усмехнулся.
— Вам повезло, Василий Порфирьевич, — сказал Радиховский. — У вас будет не только жирная добыча, но и превосходный алтарь для ее заклания.
— О чем вы?
— Завтра наш новый комендант устраивает загонную охоту. Приглашена вся верхушка. И ваш покорный слуга — тоже. Могу и вам устроить приглашение.
— Если возможно — на две персоны.
— Вы будете с дамой?
— Разумеется. На рауты и охоту я предпочитаю появляться с дамой."
"— Благородно! Это лишь подтверждает мое предположение, что вы не советский человек. Светскость и советскость — не совместимы… — Он хохотнул собственной шутке. — На какие имена нужно будет достать приглашения?
— На имя штандартенфюрера Отто фон Штирлица и его супруги фрау Габриэллы фон Штирлиц.
— Ого! Целый полковник, да еще барон! Не слишком ли?
— Иначе мне не приблизиться к Энгельмайеру.
— Хорошо! Утром приглашения будут у вас. Охота начинается в полдень. Сбор участников возле комендатуры.
— Мне еще нужен автомобиль, — сказал я. — И ни какой-нибудь кюбель и даже — не «Опель Кадет», а классом повыше.
— Однако у вас и запросы, дружище! — с уважением произнес глава местного отделения «Союза освобождения России».
— Не беспокойтесь, Михаил Иванович. Автомобиль я беру сейчас.
— Да, воистину, оказался в когтях Красного Вервольфа, пощады не жди, — пробурчал Радиховский. — Ладно… Варахасий!
Явился громила, который стерег своего хозяина в сенях.