– потрясение, злость, бессилие и боль полоснули сердце, как ножом, Сергей нервно потер грудину.
- Прошу вас нечего себя взводить, у меня тоже сердце шалит, я могу понять, о чем вы думаете, но вы должны сейчас думать о другом – она жива, способна передвигаться и, скорее всего, он её кормит. Она бы не смогла поднять Марину даже за ногу, если была бы покалечена.
Мысли Сергея заработали более связанно.
- Анна Марковна, скажите, по-вашему, что может связывать всех девочек, почему именно они, ведь должен же быть ответ?
- Сережа, если бы я знала ответ, он сидел бы в камере и молил о смерти во сне и на яву.
- Мне нужна информация, дайте мне адреса родителей каждой девочки, я займусь сбором сведений, возможно, я что-нибудь найду.
- Единственное, чем я могу помочь вам это № телефонов, а адреса я вам не дам. Они вправе сами решать разговаривать с вами или нет.
Олег пил кофе, наблюдая за водой, которая тихим потоком стекала в искусственном фонтане, стилизованном под мельницу. Жена спала, а его мучила бессонница. По агентурным данным, его дочь была жива. Сморчок, работающий в прокуратуре, божился, что последнюю жертву маньяка-детоубийцы в пленку заворачивала именно она. А это в корне меняло его планы.
Он прикрыл глаза, и воспоминания огнем обожгли его душу.
Он вошёл в собственный кабинет.
Её глаза сказали обо всём.
- Что, что, что это значит, Олег?
Когда он протянул к ней руку, она неловко отшатнулась. Перенапряжение сказалось, её ноги подкосились, но подхватить себя она не дала. Боком присев на край кресла, она продолжала с недоумением смотреть на мужа.
- Олег, - звенящим голосом произнесла она, - объясни мне, пожалуйста.
Олег молчал.
- Ну, почему ты молчишь!? – взвилась Ника.
Внезапно, не обращая внимания на свой живот, она подскочила к нему и схватила за лацканы пиджака."
"- А что ты хочешь услышать? – эта ситуация разозлила его, он освободился от её цепких рук.
Подошёл к столу и приступил к сбору фотографий.