В самой широкой части размер корабля достигал десяти километров, и здесь могли поместить сотни тысяч воинов, а также автоматические фаланги, которые могли управляться воинами в соотношении одна к миллиону вооруженных кораблей.
Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что я вернулся не к своим воспоминаниям юности или воспоминаниям о тех прошлых церемониях, а к памяти Дидакта.
Чакас смотрел на «Глубокое почтение» с несчастным видом.
– Мы прилетели сюда, чтобы посетить наших старых союзников? – спросил он.
– Они заключили сделку, – сказал я. – Поговорим об этом позже…
Дидакт поднял руку, словно в остерегающем жесте.
– Нас вводят в зону карантина, – сообщил он. – Если тут есть какие-то ловушки, то мы вскоре об этом узнаем.
Анцилла корабля появилась на приподнятой платформе между нами.
– Управление кораблем передано командиру системы, – сказала она. – В пределах щита все датчики работают в режиме низкого разрешения и сканирования крупных планов. Мы будем слепы более чем наполовину.
– Мы умеем их различать, правда? – спросил Чакас у Райзера; они оба стояли неподвижно, и вид у них был несчастный.
Броня снова пригвоздила нас к палубе.
По мере нашего приближения и маневрирования перед входом в док становилось все яснее и яснее, что корабль «Глубокое почтение» видал лучшие дни. Он едва ли находился в рабочем состоянии. Поверхность представляла собой учебник, по которому можно изучать все возможные повреждения: следы столкновений, канавки, кратеры – невосстановленные боевые травмы, гораздо более существенные, чем щербины от столкновения со звездной пылью на старых боевых сфинксах.
Пусковые пандусы и отсеки были по большей части пусты. Оставалось символическое количество пикетов и быстроходных ударных рейдеров, но даже на них не было заметно следов обслуживания.
Похоже, что Предтечи припарковали крепость на этой орбите и надеялись забыть и о ней, и о старой войне, и об этой системе, и вообще о сан’шайуумах. Договор был заключен, но никто не испытывал по этому поводу гордости и не получал выгод.
И все же старая военная платформа производила впечатление хотя бы одним своим размером. По сравнению с крепостью наш корабль был ворсинкой, прилипшей к рукаву гиганта.
Анцилла нашего корабля выкатила трап. Еще через несколько минут мы спустились на холодные пустые палубы крепости. Чтобы не расстраивать Верификатора, мы оставили людей на время позади.