Лаврик играл, самозабвенно и увлеченно!
Кирилл ощутил всю глубину горя и боли, которые обрушились на весь многострадальный народ России, и дрожащими пальцами расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Стало трудно дышать.
Крикнул во весь голос:
– Хватит!
И тотчас же сознание стремительно сузилось, а объем чувствования резко сократился. Кирилл «вознесся на небо» и осознал себя сидящим в кресле оператора иезода.
Лаврик все так же грезил с открытыми глазами, пальцы его рук подергивались, по лицу ходили тени, а он улыбался.
Кирилл с трудом встал, подошел к креслу Киндинова и одним движением вышвырнул его оттуда.
Комната содрогнулась. По стенам побежали волны, создавая интерференционную картину. Лаврик помотал головой, начиная приходить в себя, увидел Кирилла и понял, что произошло. В глазах компьютерщика на мгновение протаяла ненависть.
– Ты… зачем? Мне разрешили… ты тоже можешь…
– Нравится быть богом? – хрипло выговорил Кирилл.
– Оставь меня в покое! Я сам буду решать, что мне делать.
Глаза Кирилла похолодели.
– Все, что угодно, только не то, чем ты занимался!
– Отстань! – Лаврик вдруг вскочил и бросился на Кирилла. – Ты дурак! Здесь можно все! Какое тебе дело до того, что происходит в той псевдореальности? Это всего-навсего инвариант Программы Гиперсети, его всегда можно подкорректировать!
Кирилл отступил в сторону, подставил ногу, и Лаврик, споткнувшись, перекувыркнулся через голову.
– Что тебе от меня надо? Я тебе не мешаю…
Кирилл шагнул к нему, намереваясь отрезвить его пощечиной, и в этот момент в спальне появился странно задумчивый Диаблинга.
– Вы действительно являетесь не просто носителями спонтанного возмущения, но и Фигурами Влияния. А это уже недопустимо.
Кирилл исподлобья глянул на оператора.
– Что вы хотите сказать?
– Ничего, кроме того, что вас необходимо ограничить.
Невидимая упругая пленка сжала тело Кирилла и вынесла за пределы спальни Лаврика. Очнулся он уже в своей комнате.
Глава 17
ВСЕВИДЯЩЕЕ ОКО
Гиперсеть требовала внимания.
По мере развития подпрограмм она усложнялась, взаимопересекалась и конфликтовала сама с собой, отрицая базовые законы и установки операторов контроля разных уровней.