А я не хочу править в эпоху войны. Ты тоже вряд ли хочешь отправляться воевать, как и любое разумное существо. Лишь в этом кроется причина, по которой я хочу сделать то, о чем тебе рассказал.
Он говорил спокойно, очень четко, делая выразительные паузы между словами, будто пытался объясниться перед умственно отсталым ребенком.
— Это абсурдно и комично. — невольно усмехнулась Октавия. — «Чтобы поддержать шаткий мир будущего, ему нужно обесчестить невинную бесталанную девочку». Вот это я понимаю, способы решения проблемы.
— У тебя есть варианты получше? Это единственная брешь в правилах, которую я нашел и с помощью которой можно лишить наследника сил, не убивая его.
Девушка глубоко задумалась, прикусив нижнюю губу.
— Всегда есть совет трёх. Никакие правила не будут помехой, если решение будет принято всеми тремя наследниками во имя лучшего будущего для мира."
"— О, я прям представляю, как отец или ангел Гвенаэль выслушивают проблему Евы и решают, конечно же, помочь бедной девочке оставить её место, а не пытаются манипулировать и прибрать её к рукам.
— Я хотя бы ищу варианты! — зашипела Октавия недовольной кошкой.
— Я уже описал тебе самый лучший, если не единственно рабочий вариант.
— Ну да. Сначала закончишь здесь, а после можешь отправиться в рай, чтобы совратить там Рафаэля. Просто способ века. Как великие умы раньше не додумались до такого решения проблем.
— Не будь ты моей сестрой, я бы тебя ударил. — тон Райнхарда был показательно спокойным, хоть это и стоило ему многого.
— Да я же ради тебя стараюсь! Ты посмотри со стороны, насколько нелепа ситуация! — не сдержавшись, девушка перешла на крик.
— Законы есть. Законы работают. А я просто ими воспользуюсь. Не будь ты женщиной с богатой фантазией — это тебя бы так не удивляло.
— Ну да, как удачно, ты и проблему с кристаллом решишь, и девушку к рукам своим эгоистичным приберешь.
— О, бездна тебя сожри!
Райнхард резко толкнул дьяволицу назад. Сильно, но без фанатизма. Так, что Октавия приземлилась на мягкий матрас, слегка от него отпружинила, а затем сразу поднялась и готова была отчитывать брата дальше. В то время Шац начал нервно расхаживать по комнате.
— Я еще раз тебе говорю, услышь меня, пожалуйста. — Райнхард не дал сестре вставить слова.