— А всё, — хмыкнул, наблюдая за их лицами, — Теперь, Сашенька, всё сама. Тряпку в руки, и мыть полы, есть пельмени будешь и попу ребёнку сама мыть.
— Почему это? — ещё не понимая о чём я толкую, раздражённо отвечала супруга.
— Меня уволили, — холодным тоном проговорил и, осушив стакан, отправился на выход, — Спасибо за ужин. С праздником.
— Ты куда, твою мать?! В смысле уволили? — визгливо кричала мне в спину Саша.
— Сынок, да что случилось-то? — вторила ей мама.
— Ну вот, Саша, выходила за генерального, а теперь…
Захлопнул дверь.
Утром того же дня
Потерянным взглядом наблюдал за обыском у себя в кабинете. Представители власти вытряхивали содержимое шкафов и тумбочек.
— Распишись, — выдернул меня из мыслей голос моего зама. Он протягивал мне лист бумаги. Пробежавшись взглядом по строчкам, уловил лишь фразу ""по собственному желанию"".
— Виталь, ну это же бред, — попытался найти в нём поддержку.
— Лёх, я понимаю. Но они несут убытки. Им нужен козёл отпущения, вот и прицепились к браку и кредитам, — покосившись на обыскивающих, понизив голос, пояснил мужчина, — Потрясут и отстанут. Спишут всё на твою некомпетентность и успокоятся.
— Какую некомпетентность? Я здесь четыре года руковожу, и всегда всё нормально было, — беспомощно прошептал, потерев пальцами лоб.
— Лёх, за прошлые три месяца мы прибыли практически не принесли, — тактично пытался донести до меня зам.
— Так это разве моя вина? Мне на улицу с плакатами выходить и клиентов заводить к нам? — усмехнулся, откидываясь на спинку кресла и ослабляя узел галстука.
— Ты мне чего высказываешь? — вспылил мужчина, — Как будто я такие решения принимаю. Бухгалтер тоже уволена и под следствием. Тебе сейчас не о месте думать надо, а как срок не получить. К договорам некоторым есть серьёзные вопросы, по лизингу, по кредитам… Список такой, что… Поезжай домой. Выспись, а-то ходишь, как приведение по центру.
— Сотрудники подворовывали, а отвечать мне и бухгалтеру…, — покачал головой, с трудом поднимаясь на ноги. Ещё на последнем совещании я чувствовал, что что-то не так, но проигнорировал интуицию, и вот вам.
— Ты голова, — с металлом в голосе произнёс Виталик, уже, видимо, примеряя себе моё кресло, — А рыба, как говорится, гниёт именно с неё…
— Пошёл ты, — выплюнул сквозь сжатые зубы. Я-то знаю, что за время работы и скрепки там не взял.