Безусловно, вся родня будет ждать, что он озвучит твое наказание, ведь ты сбежала из их дома. Нет, на самом деле ушла, когда вы с мамой были в магазине, но сути это не меняет.
— И в чем же мне повезло? — удивилась Лия.
— Не будет семейного суда. На суде каждый может высказаться в пользу тебя и попросить снисхождения. А в ином случае кто-то может припомнить и другие твои грехи и, как следствие, захотеть увеличить наказание. Тогда все твои проступки суммируются. А дальше сама сообрази, чем больше виновата… В твоем случае Элан сам решит, чего ты достойна, и никто не сможет с ним поспорить.
Лия действительно сходила в уборную, а потом снова вернулась в комнату.
Вдруг дверь отворилась, и на пороге комнаты появился Элан. Лия от страха выронила стакан, и тот разбился у ног, забрызгав платье остатками морса.
Мужчина, заложив руки в карманы брюк, медленной походкой пошел к ней. На лице не промелькнуло даже тени, а вот в черных зрачках плескалась неконтролируемая ярость. Муж подошел в плотную и посмотрел на нее так, будто сейчас влепит пощечину.
— Почему ты такая проблемная, а? Я сейчас не говорю о твоих фобиях насчет секса. Ты сначала делаешь, а потом думаешь. Ты не способна слышать и слушать. Разговаривать нормально тоже не можешь. Я понимаю, у тебя было плохое воспитание в детстве. Твою мамашу, по большому счету, нужно как следует плетью отстегать. Потом ты училась в закрытой школе в Англии, где в принципе не предусмотрены задушевные беседы с учителями. Но, Лия, не до такой же степени творить глупости.
Лия шумно сглотнула — его спокойствие выбивало из колеи. Она думала, что Элан сразу полезет с кулаками, в крайнем случае — наорет, но никак не будет разговаривать таким тоном.
— Я виновата по вашим меркам, не отрицаю, но у нас женщине не возбраняется ходить к родне в гости. И потом, ты такой спокойный… Я не понимаю, — пролепетала она.