Оуэн решил сменить тему разговора.
— Как ты думаешь, Мартин рассказал нам правду?
Люси кивнула.
— То, что мы услышали — это правда… Но он пока многое скрывает.
— Мне тоже так показалось. Думаешь, он еще вернется?
Люси отставила в сторону лампу и снова легла.
— Мартин придет к нам, когда убийца сделает следующий ход. Остается надеяться, что Мартин не станет слишком долго ждать.
Оуэн вздохнул и лег рядом с женой.
— Ждать всегда трудно."
"Люси придвинулась поближе.
— Такая холодная ночь.
Услышав приглашение в ее голосе, он повернулся к ней лицом.
— Когда я открыл дверь и увидел, что Мартин несет чье-то тело, я испугался, что это ты.
Люси чмокнула его в нос.
— Прости мое безрассудство. Но сейчас я здесь, живая и здоровая. И хочу любить своего мужа. — Она крепко его обняла.
— Что-то сегодня не так. — Оуэн поднес лампу к лицу Люси. Она улыбалась спокойной улыбкой. — Что произошло в монастыре Святого Клемента?
— Я простила себя.
— За что?
Она дотронулась до его шрама.
— За то, что люблю тебя больше, чем Николаса.
Оуэн отставил лампу и притянул Люси к себе.
22
Осложнения
Брат Вульфстан принялся ворчать себе под нос, увидев гостя в дверях лазарета второй раз за день.
— Он все еще спит, сын мой. Пройдет много дней, прежде чем Джаспер достаточно окрепнет, чтобы принимать посетителей.
— Простите, но на этот раз я сам пришел за помощью.
— Вы больны?
— Ранен. — Мужчина вытянул изнеженную руку, не знавшую труда.
Вульфстан искоса посмотрел на белую ладонь.
— Ничего не вижу…
Гость согнул палец, указывая на небольшое пятнышко.
Вульфстан взял лампу и рассмотрел руку получше.
— Боюсь, что глаза с каждым днем подводят меня все больше. Кажется, здесь небольшое покраснение?
— Я обжегся. Глупо получилось. Хотел зажечь свечу.
Вульфстан потрогал пятно на ладони, мужчина поморщился. Лекарь нащупал небольшой волдырь. На кончике пальца тоже. Но обе раны пустяковые; однако гость так учащенно дышал, что Вульфстан невольно почувствовал раздражение, да простит его Всевышний за этот грех.
— Ничего страшного. Наверняка вы берете с собой в дорогу мазь для таких мелких случаев.
— У меня нашлась бы мазь, если бы в дорогу меня собирала жена, но вот уже несколько недель, как она живет в монастыре, и, пока ее нет, обо мне некому позаботиться. — Он говорил как избалованное дитя.
Вульфстан убедил себя, что вежливость с этим человеком можно воспринять как наказание за грехи, и попытался не подать виду, что раздражен.