Из огромных окон открывалась прекрасная панорама залитого огнями вечернего города.
Я ещё раз оглядела себя в зеркале, поправила элегантную причёску, достала из шкатулки подаренный Джоном жемчуг и вместе с ним узкую коробочку из голубого картона, которую купила сегодня утром.
Конечно, я ещё не знала, кто родится, но почему-то была уверена, что будет мальчик – маленькая копия Джона.
– Ты готова? – он заглянул в комнату и, увидев меня, добавил. – Моя жена – самая красивая женщина в Нью-Йорке.
На нём был чёрным смокинг с галстуком-бабочкой и сам он выглядел намного лучше прекрасного принца.
Муж подошёл ко мне и, легко пробежав пальцами по плечу, коснулся губами обнажённой кожи, по которой тут же побежали мурашки. Мне нравились его прикосновения, а ему нравилось, как я на них реагирую. Это было видно по тому, как потемнели глаза Джона в отражении зеркала.
– Если ты продолжишь в том же духе, мы опоздаем, – я охотно откинула голову назад, позволяя целовать свою шею.
– Тогда я жду тебя внизу, а ночью продолжим с этого же места, – он с трудом оторвался от меня и вышел из комнаты.
Я положила голубую коробочку в небольшой клатч, ещё раз взглянула на своё отражение в зеркале, улыбнулась ему и отправилась вслед за мужем.
Рождественский благотворительный бал был последним значимым событием уходящего года. Билеты сюда стоили бессовестно дорого, точнее дорогими они были для прежней меня, Софии Горцевой. Для Софии Кэлтон подобные мероприятия должны были стать привычными, как убеждал меня Джон.
А сейчас я безумно волновалась. Наверное, если б он не сжимал мои подрагивающие пальцы, я бы уже сбежала отсюда. Мой муж улыбался и негромко шептал, что всё будет хорошо, и я отлично справляюсь. Главное – улыбаться.
Перед нами распахнули широкие двери, и мы оказались в огромном зале, наполненном, наверное, сотнями ярких ламп и разноцветными огоньками гирлянд. У стены стояла огромная инсталяция, символизирующая ёлку, одетую в красивый наряд из множества игрушек и мишуры.
Эти «игрушки» позже станут лотами на аукционе.
Джон повёл меня через весь зал, здороваясь со знакомыми и представляя меня, как свою жену. Я поймала несколько недобрых женских взглядов, но в основном на меня смотрели, скорее, с любопытством.
За столом я чувствовала себя более-менее комфортно, поскольку уже почти месяц изучала этикет и знала, для чего здесь все эти приборы. Надеюсь, что ничего не перепутаю от волнения.