Так понятней?
Это случается сплошь и рядом: ты думаешь, что спасаешь человека, а на самом деле убиваешь его. Особенно в этом преуспели влюбленные. Влюбленные всегда ведут себя хуже всех. Хуже самых отчаянных паникеров. Влюбленные – безумные.
– Помочь? Че делать? – подсел Чак.
– Придержать кровотечение, и больше ничего. Надави на эти точки…
Слава богу, попался толковый малый… Вдалеке запульсировал слабый звук сирен. Я оглянулся и сквозь сплошную решетку дождевых струй разглядел, как Лика вылезает из машины и бежит к нам.
* * *Мокрую и продрогшую, я втащил ее обратно в машину. Включил кондиционер. Градусник показывал, что за окном всего плюс десять по Цельсию. Невероятно скупо для апреля.
– Посмотри на себя, ты же промокла насквозь. Едем спасать мать, а по дороге угробим дочь, раздевайся.
Я протянул ей свой джемпер – последнюю сухую вещь, которая осталась в нашем распоряжении, не считая моей куртки. Но она не взяла его.
– На себя посмотри, – буркнула она.
– Даже не спорь.
– И вообще, с чего вдруг такая забота? – заартачилась она. – Интересно послушать.
– Интересно послушать, с какой стати ты понеслась за мной следом. Я же просил…
– Волновалась за тебя! – выпалила она сердито.
Я посмотрел на нее, пытаясь унять странное оцепенение. «Волновалась за тебя», – именно эти слова сказала мне Катрина, когда я объявился после внезапного исчезновения. «Я волновалась за тебя», – сказала она и расплакалась, обвивая руками мою шею.
– Вот и я волнуюсь за тебя, – сказал я и протянул ей джемпер. На этот раз она взяла его.
Я вслушивался в нарастающий вой сирен и не понимал, то ли это приближающаяся карета скорой, то ли моя собственная внутренняя сигнализация, запрещающая мне сближаться с девушками, которая за последние сутки срывалась подозрительно часто."
"В бардачке звякнул телефон.
Что ж, теперь пока «записка» будет в куртке, а куртка – на ее плечах, я буду знать, где она находится.