С огромного прямоугольника на меня смотрели несколько мужчин и женщин, вставших тесной группой и с образцово-показательными улыбками, как для селфи, – все серокрылые, в нарядных одеждах, молодые, а как на самом деле – неизвестно. Впереди всех сияли довольством двое похожих друг на друга мужчин и яркая красотка."
"Спустя мгновение, наверное, увидев меня, некоторые из них подняли брови в удивлении, потом все дружно поклонились. Почти как мы вчера, приподняв лица, они смотрели на меня и чего-то ждали с приклеенными улыбками.
– Здрасте…
От стыда я готова была провалиться сквозь пол.
– Приветствуем тебя, о прекрасная и сладчайшая! – сделавший мне комплимент мужчина был из тех троих, впереди стоящих, и смотрел на меня с таким горячим интересом и восхищением, хоть плачь.
– Простите… уважаемые, но я замужем. Мне как-то поздно уже участвовать в отборе невест и…
Моим сиплым возражениям не вняли. Серокрылый красавчик, видимо, тот самый жених, выдвинулся на полшажка вперед и, слегка наклонив голову к плечу, посмотрел на меня приторно-карамельным, горячим, соблазнительным взглядом, переполненным желанием и восторгом:
– Ничего не бойся, о прекрасная, триста пятьдесят восьмой шаазат обеспечит твою безопасность на несколько увлекательных дней, наполненных развлечениями и подарками.
Пока наследник облизывал меня глазами, его сородичи тоже таращились и улыбались. Даже показалось, некоторые насмешливо и похабно. Дальше я не выдержала, сорвалась с места и бросилась прочь из ванной.
Йелли замер изваянием у накрытого к завтраку стола. Наконец он отмер, стремительно подошел к ванной и, заглянув туда, осмотрел. Затем в некотором недоумении присел рядом со мной и осведомился:
– Что случилось? Не подошел запах мыла?
Глупейший вопрос! Судорожно всхлипнув, я пожаловалась:
– Это ужасно! Я сейчас так опозорилась, не передать словами.