Крымский излом. Часть 4 (СИ)

Через несколько секунд над советскими окопами тугим валом прокатилась ударная волна, сносящая все на своем пути.

За несколько предшествующих операции ночей советские саперы скрытно сняли мины на своей стороне, а под столбы проволочных заграждений уложили подрывные заряды. О немецких минных полях можно было не беспокоиться, любая взрывчатка, находящая в непосредственной близости от зоны объемно-воздушного взрыва сдетонировала с гарантией, а проволочные заграждения были просто сметены ударной волной.

Осталось только крутануть ручку подрывной машинки, чтобы по всей полосе наступления пала последняя преграда перед уже готовыми к наступлению стрелковыми, танковыми и механизированными частями.

Первой в атаку цепями поднялась пехота 16-й армии, следом, чуть в глубине советской обороны в лесу взревели моторы танков и БМП мехкорпуса ОСНАЗ, наносящего сосредоточенный удар вдоль шоссе Киров – Брянск. Но еще раньше, воздух над полосой прорыва на предельно малой высоте рассекли десятки советских самолетов авиакорпуса Савицкого.

Два полка штурмовиков Ил-2, вооруженные реактивными снарядами, прикрывающие, их Яки и в самом конце, тоже с истребительным прикрытием, бомбардировщики Ту-2, тянущие на буксире тяжелые десантные планеры. На укрытой дымом и пылью полосе прорыва просто не осталось никого живого, чтобы сообщить о том, что советские самолеты пересекли линию фронта. А ведь до объектов в глубине немецкой обороны, назначенных им в качестве целей, лететь было всего каких-то десять-двенадцать минут.

Примерно в этот же момент, на юге, в полосе 3-й армии, двадцать четыре ЛаГГ-3 под прикрытием четырнадцати Яков, обогнув Мценский «шверпункт», взяли курс на аэродром Орла. Главным оружием ЛаГГов, плотной группой готовящихся нанести внезапный штурмовой удар со стороны солнца, были подвешенные под крыльями шесть реактивных снарядов. Между прочим, их суммарная огневая мощь была равна одновременному залпу девяти установок гвардейских реактивных минометов типа БМ-8.

До своей цели им оставалось лететь еще восемь минут.

А на направлении главного удара, советская пехота быстрым, переходящим в бег шагом, сблизилась с непривычно молчащими немецкими окопами. Только в третьей траншее, не попавшей под непосредственный удар «сталинского жупела», им было оказано вялое сопротивление, которое, впрочем, довольно быстро было подавлено.