– Товарищи, – сказал «Дракон», – у меня для вас пренеприятнейшее известие – к нам едет «Большой Цирк»…
– «Большой цирк», товарищи, – пояснил недоумевающим командирам стоящий рядом с генералом майор с общевойсковыми петлицами, – название, которое противник дал операции по нанесению массированного авиаудара по Брянску и окрестностям. Три бомбардировочные эскадры, базирующиеся под Оршей, 1-я, 3-я и 76- я. Все три укомплектованы бомбардировщиками Юнкерс-88А, общей численностью около четырех сотен машин…
Сказав это, майор тихонько отошел в сторону, и как бы затерялся у стенки.
– Как видите, товарищ Покрышкин, – сказал Савицкий, – сбылись ваши прогнозы по поводу массированных налетов. Проверим ваши теории в деле. Ни одна бомба, – жестко добавил он, – не должна упасть ни на город, ни на наши войска.
– Задача понятна, Евгений Яковлевич, – сухо кивнул полковник Железняк, – Что у нас с наземным обеспечением?
– Развернуто два радара, с зенитным прикрытием, – Савицкий ткнул пальцем в расстеленную на столе карту, – вот здесь, и вот здесь. Передвижные посты ВНОС с рациями сейчас выставляются – тут, тут, тут, и вон тут. Центр предупредил, что посмотреть на «циркачей» придут очень большие гости, а потому встретить супостата должно весело и с огоньком.
Василий Сталин и Покрышкин переглянулись, и, как самые сведущие люди кивнули друг другу.
А бывшие хозяева этого аэродрома – «юнкерсы» и «мессершмитты» были безжалостно сдвинуты в сторону – за край летного поля.
В последний момент, когда полк майора Титова уже перелетел на новую площадку, на Брянском аэродроме приземлились пузатые камуфлированные винтокрылы, из которых прибывшие рабочие сноровисто начали выгружать длинные, двухметровые ящики.