Крымский излом. Часть 4 (СИ)

Манштейн, Гудериан, Гот, Гейдрийх и фон Клюге с этим ужасом уже успели повстречаться, весьма неприятными для себя последствиями. И вот теперь и сам он, генерал Шмидт, попал в руки к ужасному Мяснику. Трудно даже представить – в какое бешенство придет фюрер и прочие обитатели Рейхсканцелярии! Но ему теперь уже было все равно.

Картина, которая предстала на улице перед пленным командующим танковой армии, была удручающая.

Вытянувшийся вдоль железнодорожных путей поселок был уже полностью захвачен русскими, причем, похоже, захвачен внезапно.

Кое-где на земле валялись тела немецких солдат и офицеров, одетые в серую полевую форму. Не вписывались в эту картину внезапного разгрома лишь выстроившиеся вдоль обочины абсолютно целые штабные машины.

– Вот так вот, – подумал генерал, – прямо, как у Цезаря: «Пришел, увидел, победил». А он – Рудольф Шмидт не смог даже застрелиться, чтобы избежать ожидающего его позора."

"Кроме того, командующего 2-й танковой армией – увы, теперь уже бывшего – поразил вид внешний русских солдат.

Прежде всего, их было много – батальон – не батальон, но рота – точно. Одетые в камуфляжную форму, с разукрашенными черно-зелеными полосами лицами, они были похожи на выходцев из преисподней. От их внешнего вида генералу Шмидту стало не по себе. А что же тогда должны были чувствовать солдаты вермахта? Недаром среди них распространялись слухи о том, что Сталин каким-то образом договорился с самим Сатаной, и получил от него помощь для войны против Рейха.

– Если у русских появились такие солдаты, – подумал генерал Шмидт, – то, пора наших побед закончилась навсегда, и впереди нас ждет разгром.

А эти болваны в Берлине, во главе с ефрейтором, до сих пор считают, что все наши неудачи временные, и что все еще можно переиграть. Но, как это ни прискорбно, следует признать, что войну Германия проиграла. Русские теперь не успокоятся, пока не дойдут до Берлина, и вздернут на виселице всех нацистских бонз и их подручных из СС.

Генерал Шмидт смотрел, как русские, которые чувствовали себя хозяевами в захваченном поселке, деловито сгоняли в на его центральную площадь захваченных в плен немецких солдат и офицеров.

Генерал Шмидт в очередной раз пожалел о том, что он опрометчиво остановил свой штаб в этом маленьком поселке, а не попытался побыстрее оторваться от противника. Но, что сделано – то сделано.

Бывший командующий 2-й танковой армией стал наблюдать за тем, как русские деловито сортировали пленных, отделяя «агнцев от козлищ».