– Быть может, – сказал адмирал Уильям Дэниэл Лехи, – попросить русских, чтобы они открыли второй фронт против японской Квантунской армии в Манчжурии?
– Это исключено, – заявил Гарри Гопкинс, – Сталин уже не раз давал нам понять, что в первую очередь его интересует война против Гитлера, а уж потом настанет черед Японии. Никаких операций на Дальнем Востоке до полного разгрома Германии русские проводить не будут."
"– Дядюшка Джо считает, что своя рубашка ближе к телу, – сказал Рузвельт, – сейчас гунны стоят на пороге его столицы и, несмотря на одержанные русской армией победы, положение Советов остается тяжелым.
– Если русские доказали, что они готовы драться до конца, – сказал госсекретарь Карден Халл, – то с Британией не все так очевидно. Большие сомнения вызывает правительство Климента Эттли, проводящее вялую и невнятную политику. Если Черчилль был сделан из железа, то этот парень слеплен из куда более мягкого материала. Внезапный захват немцами Фарерских островов и большие потери надломили наших кузенов, и в настоящий момент в Британии растут пацифистические и пораженческие настроения.
– Подтверждаю эту информацию, – кивнул полковник Донован, – наша агентура доносит о готовящемся в Британии прогерманском перевороте. Все еще пока очень неопределенно, но, как говорится, дыма без огня не бывает.
– Да, – сказал Рузвельт, – старина Уинни был кремень-человек. Такая нелепая смерть. Если кузены выйдут из войны, то наше положение еще больше осложнится. Так что, мистер Донован, постарайтесь поскорее выяснить, что же там у них творится.
Франклин Делано Рузвельт обвел присутствующих внимательным взглядом.
– Джентльмены, – сказал он, – в связи со всем вышесказанным пришло время поподробнее поговорить о России и о дядюшке Джо…
– Как вы правильно заметили, мистер президент, – сказал полковник Донован, – дядюшка Джо явно ведет свою игру. Этот хитрый азиат чудовищно скрытен, и не ставит нас в известность о своих планах. Набрав силу в случае разгрома Германии, он может представлять для нас огромную опасность.
– Погодите, Генри, – Рузвельт жестом руки остановил своего вице-президента, собиравшегося возразить Доновану, – мы знаем ваши убеждения, но сейчас наши действия должны быть продиктованы сугубо прагматическими соображениями. Мы совсем не в том положении, чтобы позволить себе совершать поспешные и необдуманные поступки. Это касается и людей, имеющих прямо противоположную точку зрения на большевистскую проблему.