» И далее: «…Прежде всего надо предусмотреть разделение территории, населяемой русскими, на различные политические районы... Народам, населяющим эти районы, нужно внушить, чтобы они ни при каких обстоятельствах не ориентировались на Москву, даже в том случае, если в Москве будет сидеть немецкий имперский комиссар...
...Мы должны сознательно проводить политику на сокращение населения... Следует пропагандировать… добровольную стерилизацию, не допускать борьбы за снижение смертности младенцев, не разрешать обучение матерей уходу за грудными детьми и профилактическим мерам против детских болезней».
– Теперь вы понимаете, Антон Иванович, что мы сражаемся не только за свою свободу, но и за саму возможность сохраниться как народ, – сказал я Деникину.
Генерал, с трудом сдерживая себя слушавший высказывания рейхсфюрера СС, неожиданно вскочил со стула, и рявкнул, – а вот этого не хотите, господа тевтоны! – Он сложил пальцы правой руки в кукиш, и помахал им в воздухе.
– Александр Васильевич, – сказал мне Деникин, – большое вам спасибо за вашу политлекцию.
– Антон Иванович, – сказал я разволновавшемуся генералу, – этим летом должно решится очень многое, и мы с вами по приказу Верховного тоже в этом, разумеется, поучаствуем. Многих злодеев наши товарищи уже успокоили, дойдут руки и до палача Гиммлера.
– Да, разумеется, – сказал генерал Деникин, вставая, – а теперь, Александр Васильевич, давайте посмотрим вместе с вами расположение бригады и поговорим с людьми…
26 апреля 1942 года.
– Ну, что скажешь, Сэмэн? – Ковпак задумчиво пошевелил небольшой, чуть тлеющий костерок длинным кривым дрючком.
– Это ты о чем, Сидор Артемьевич, – переспросил его Руднев, устало глядя в рдеющие угли.