Так оно по-настоящему и было – проклятый ошейник не давал забыть о себе.
– Не знаю."
"– В том, что я не могу обращаться в настоящего дракона. Да, я частично владею стихией воздуха, но этого недостаточно. Сколько раз я не пытался инициироваться, но каждый – тщетно. Знаешь ли ты это чувство, иномирянка, когда ты хочешь кончить и освободиться, перевоплотиться… Но не можешь. Я питал большие надежды на Сердце Дракона, что оно поможет мне в этом. Очень большие надежды. Но ты забрала его, перевоплотилась сама, а затем отдала наследнику Сайфера…
Я нахмурилась, соображая.
Риган говорил, что инициация дракона – это секс или убийство. Кажется, Цезарион решил это воплотить!
– Все те пропавшие девушки… Убийство которых повесили на Геллу Кромвел. Ты убивал их не просто, потому что тебе нравился сам процесс, а потому что пытался обратиться?
– Я пытался много-много раз, – ответил Меракс. Его светло-голубые глаза смотрели прямо на меня. – С самой юности, когда у всей стаи получилось, а у меня нет. Меня называли прокаженным.
– Зачем ты рассказываешь мне все это? – поморщилась я.
– Чтобы ты поняла, иномирянка – я не чудовище, которым ты меня представляешь.
Цезарион окинул меня взглядом с ног до головы.
– У меня никогда не было драконицы. К тому же, она пришлая, из другого мира… Я думал, ты обычная проходимка и разбойница. Но ты оказалась другой. Не такой, как все. Чужой в этом мире. Точно так же, как я был чужим для своей стаи. Ты избрала наследника Сайфера, но, по незнанию, поторопилась с выбором.
– Риган убьет тебя.
– Я уже предпринял необходимые меры, Лиля. Восстание будет задушено в зародыше, мятежники казнены. А академии придется искать нового профессора по ядам. Профессиональные драконоубийцы, которые встретятся с ним совсем скоро, знают свое дело.
Внутри меня похолодело. Неужели все кончено? Все…
– Ты никогда не станешь драконом, Цезарион. Ты недостоин!
– Стану. Благодаря тебе.
– Не понимаю.
– А тебе и не нужно ничего понимать.