Израненных бояр и дружинников складывали на траве рядом с покалеченными смердами из пешего ополчения и ремесленниками из городовых полков. Иные из раненых умирали, так и не дождавшись помощи лекарей, иные умирали уже после перевязки, потеряв слишком много крови.
Огромное количество смертей, выпавшее на долю русского войска в этот знаменательный день, все же не могло заслонить радость от одержанной победы над полчищами Золотой Орды. Русские пешцы оставались на поле битвы, подбирая своих раненых, отыскивая павших князей и воевод, складывая в большие груды валявшееся повсюду оружие поверженных врагов.
Конные русские полки ушли с поля Куликова, преследуя по пятам разбитую Мамаеву рать, которая стремительно откатывалась на юго-восток.
Глава четырнадцатая
Сеча у Мамаева стана"
"Томительное ожидание началось для Настасьи с того момента, когда затих вдали топот ордынской конницы, ушедшей во главе с Мамаем и его эмирами на битву с русской ратью. Настасья сидела в юрте, завернувшись в покрывало, больше на ней не было никакой одежды.
Служанки позволили Лейле смазать целебной мазью рубцы на теле Настасьи. Персиянка уложила Настасью на ложе и, осторожно втирая мазь в ее спину и плечи, шепотом молвила ей, как лучше всего им совершить побег.
– Собирая хворост у реки, Галима заметила мелководье, по которому можно уйти за реку и спрятаться там в густых зарослях, – сообщила Лейла своей русской подруге.
– Когда бежим? – не поднимая головы, спросила Настасья.
– Я дам тебе знать, – сказала Лейла.
Персиянка удалилась, чтобы вымыть руки, но вскоре она вернулась с узелком в руках.
Настасья продолжала лежать ничком на постели, укрывшись тонким одеялом.
– Вот здесь одежда для тебя, – промолвила Лейла, засунув узелок под ложе.
Поцеловав Настасью, Лейла торопливо выбежала из юрты.
Сон обволакивал Настасью. Ее дремотному состоянию способствовало и то, что целебная мазь, впитываясь в ее тело, уменьшила боль от кровавых рубцов, оставленных плетью.
Настасья не знала, сколько времени она спала. Разбудила ее все та же Лейла.