В толпе начались перебранки, а кое-кто и вовсе схватил друг друга за грудки. Князь незаметно кивнул стоявшему рядом Деметрию.
— Тагма! Слушай мою команду! Готовсь! — покричал он.
Слитным движением щиты легли в руку, а копья были перехвачены поудобнее, чтобы по следующей команде опуститься и начать жалить толпу, что бесновалась перед строем. Лучники наложили стрелы на луки, и тоже ожидали команды, опустив наконечники вниз. Дадут команду, и через два удара сердца смертельный ливень выкосит половину тех, кто стоит на этом поле.
— Ваш ответ? — коротко спросил Само, и тем ответом ему был недовольный шум, который перешел в вопли и оскорбления. Серьезность момента дошла не до всех. Копья опустились, нацелив острия на крикунов. — Мое последнее слово! На колени! Кто стоять останется, когда я махну рукой, умрет!"
"Вече замерло, не веря происходящему. Князь поднял руку, а стрелки чуть потянули тетиву, ожидая сигнала. Что-то нехорошее повисло в воздухе, а в глазах воинов-хорутан увидели дулебы смерть.
— Цельсь! — прозвучала резкая команда, и над притихшим полем раздался оглушающе громкий скрип тетивы. — Пли! — рука князя упала, а полтора десятка самых упрямых, самых смелых и самых глупых, тех, кто остался стоять на ногах, упали на землю, получив по несколько стрел в грудь.
— Владыка Младан! — плетью хлестнул приказ князя. — Узнать, кто такие! Их добро — в казну, жен, детей и внуков — на торг! — И Самослав продолжил: — Я думаю, мы с вами найдем общий язык, почтенные мужи. Будем считать, что так я наказал вас за недобрые мысли. А сейчас вы принесете мне клятву верности перед лицом Яровита. И упаси вас боги эту клятву нарушить. Больше я таким добрым не буду, на торг пойдет весь род. Точнее, те, кто останется жив.
Он оглянулся в сторону Горана, который стоял чуть позади, и негромко сказал.
— Трое, что впереди стояли, самые крикливые. Они и на колени быстрее всех встали. Не нравятся они мне. Узнай все про них. Если будут людей мутить, убей, но осторожно. Пусть утонут, или волки их загрызут. Нам тут лишний шум не нужен.
Горан молча склонил голову. Он все понял.
Замирение дулебских земель закончилось лишь к концу зимы. Один род за другим принимал власть князя Самослава, склоняя непокорные шеи. Люди притихли в ожидании.