Иногда им те земли до того нравились, что старых хозяев словене заботливо резали, чтобы не мешались под ногами, значит. И вот теперь жупаны из земель хорутан, дулебов и лемузов сидели за столом, уставленным яствами, и своего князя внимательно слушали.
— У нас, почтенные мужи, один очень важный вопрос назрел. Нужно нам свой закон принять, чтобы как у франков и баваров было, — заявил Самослав, пристально глядя на самых влиятельных людей своего княжества. — Мы этот закон Уложением назовем.
— А чем обычаи наши плохи? — осторожно спросил владыка Святоплук.
— Всем обычаи хороши, — ответил ему Самослав, — да только разные они у всех племен и многого из того, что уже за эти годы случилось, деды наши не видели. Я пока с малого начну, это работа большая. Итак:
— Не исполнивший приказание, увидит смерть. Тот, кто промедлит, будет смещен на самую низшую должность.
Горница взорвалась возмущенными голосами."
"— Тихо! Тихо! — поднял руку князь. — А теперь представьте, что будет, если в бою один владыка не пойдет в бой и из-за него войско погибнет.
— Да на кол его! — заорало собрание.
— Ну, а я что только сказал? — удивленно посмотрел на них князь.
— А, ну тогда да! — в задумчивости почесали голову бояре. — Как бы правильно получается. Согласные мы!
— Тогда дальше идем, — кивнул Само. — За сон на посту — смерть. Есть возражения?
— Если в походе, то правильно, — ответил Велемир, — а когда мир — крутовато.
Бояре согласно загудели. Кара была серьезней некуда. Ходить без оружия — позор великий.
— Согласен, — кивнул князь. — За предательство — смерть! Есть возражения?
— Нет и быть не может, — отчеканил Горан, глядя тяжелым взглядом на съежившихся жупанов. — Нет у нас никаких возражений! Правда, уважаемые мужи? Тут же нет предателей?
Предателей в горнице не оказалось, и вопрос был закрыт.
— Злое колдовство — смерть!
— Нарушение приказа на войне — смерть!
— Если воин бросит строй и начнет грабить — смерть!
— Утаивание добычи — лишение оружия на год и лишение доли.
— Воровство — тройной штраф от цены похищенного. Две доли — тому, у кого украли, одна доля — в казну.
Собрание перешло в перепалку, но пара десятков пунктов нового кодекса была принята. На большее не хватило ни времени, ни сил. Ведь главным было совсем не это.