Народу на берегу собралось порядочно, по большей части то были зеваки, не знавшие, чем себя занять, да морячки, грузившиеся на суда. Самих купцов сегодня было значительно меньше, чем на вчерашнем пиру, а из тех, с кем рыбачкам довелось познакомиться, пришел вовсе только Акинфий. Возможно, именно ему было поручено представлять интересы общины в делах с англичанами. Можно было, конечно, предположить, что купчики тоже люди и не все отошли после вчерашнего, вот и не явились к берегу. Но отчего-то в подобное предположение верилось с трудом.
Он решил не забивать голову и переключился на приготовления. У берега реки было не обнаружить ладей. Ивановское сто решило сделать ставку на резвые и юркие ушкуи, позволяющие не глядя преодолевать пороги Волхова при наличии опытного лоцмана в экипаже.
Ушкуев на берегу насчитывалось аж пять штук! По внешнему виду лодки были почти новые, стоили немалых денег и выгодно отличались от хлипких суденышек, на которых в Новгород плыл Иван. Конечно, ушкуи уступали в размерах ладьям, имея длину порядка 26 локтей и 4 локтя в ширину. Но они значительно выигрывали в осадке, не превышавшей 1,5 локтей с нагрузкой.
Что до грузоподъемности, Митьке было известно, что ушкуй способен перевозить 300 пудов. Немного. Но этих пяти корабликов вполне хватало для того, чтобы вывезти оставшиеся товары с двух английских кораблей.
Митька все более отчетливо понимал, в какую большую игру вляпался. Ивановское сто бросило на доставку английского груза все возможные силы.
Наконец ушкуи оказались готовы к отправке. Гребцы взялись за весла, подняли паруса — дул достаточно сильный попутный ветер, и моряки решили не терять такой лихой возможности. Через несколько минут суда отчалили, а вскоре вовсе скрылись из виду. Собравшиеся зеваки начали разбредаться, понимая, что больше им не покажут ничего интересного. Потянулись к Торгу купцы, так и не заприметив Митьку, не заговорив.