Она была счастлива.
Но на подсознательном уровне готовилась к тому, что рано или поздно, что-то должно будет произойти. Не может быть всё настолько гладко. Её страх перед этим мужчиной давно растворился, но вот это его сегодняшнее «Воробушек» откинуло её назад, в прошлое, где она должна была подстраиваться под могущественного мужчину, который пожелал её по одной простой причине – выжить. Не оказаться за решеткой, не быть пущенной «по кругу» и не познать все прелести заключения.
Она отвыкла, чтобы Руслан говорил с ней жестко, холодно.
И её пробрало.
– Наверное, да.
Интуиция, которая редко подводила Катю, особенно в отношении Руслана, сейчас завопила, чтобы девушка притормозила. Катя её не послушала. Хватит!
– А почему? Или мы снова возвращаемся во времена, когда я должна молчать и лишь раздвигать ноги?
– Катя, думай, что говоришь, – Генерал напрягся.
– Я и думаю! Постоянно! Все эти дни, что мы живем на пороховой бочке, и ты… Ты так спокойно всё это воспринимаешь, словно у тебя в доме не находятся две девушки! Это вы привыкли меряться, у кого… круче, а мы?.
"– Ты знала, за кого шла замуж, – уже не процедил, приглушенно прорычал Руслан, делая шаг в сторону Кати.
Та пропустила ещё один предупреждающий жест.
– Ты меня за себя замуж отдал без моего согласия! – продолжала она пылить, чувствуя, как в груди разрастается ком негодования и одновременно облегчения, что она высказывает вслух все те терзания, что её одолевали.
– И сейчас ты об этом жалеешь, так надо понимать твои слова? – серые глаза блеснули холодом стали.
– Нет! Конечно же, нет… Но ваша война, Руслан, это неправильно!
– Ты, черт побери, под моей защитой, женщина, и должна помнить об этом всегда! – так же сорвался на крик Коваль.
– Я и помню! Но не хочу просыпаться в пять утра от того, что рядом с нашим домом происходит бомбежка! Не хочу видеть кровь на тебе… Не хочу! Я понимаю, Даша твоя дочь. Та, которую ты потерял, и я буду поддерживать тебя, но… Господи, Рус, я так устала от напряжения! Постоянного.