По телу от вида кончика розового языка потекла раскаленная лава, оставляя невидимые, но от того не менее ощутимые следы.
– Нет, – уверенно ответила Даша. – Лучше присесть.
– Кресло и диван, – Гриша указал на мебель. Он бы предпочел, чтобы они оба оказались на диване.
И в горизонтальном положении…
Зимин настраивался на встречу со Снегуркой. Если бы она от него не сбежала, они не потеряли бы две недели, и давно бы примирились! Он бы не дал ей возможности углубиться в депрессию и бесконечную жалость к себе. Даша сильная девочка, просто ещё молоденькая.
– Кресло и диван, – повторила за ним Даша и медленно кивнула.
Он сел первым. На диван. Посередине, вытягивая руку вдоль спинки. Даша прошла к креслу и опустилась, продолжая держать спину прямо. Григорий жадно осматривал свою девочку. Её напряженную позу, сжатые в кулачки руки и… ножки без колгот, без носочков.
Снова босая…
Да что ж такое!
Почему она постоянно ходит босой?!
В зобу сперло, точно он получил хороший удар в грудь. В доме Коваля тепло, это и понятно. Две девочки в доме, полы с подогревом. Всё, как и полагается. Но почему Даша не может ходить в балетках?! Он мысленно зарычал, понимая, что девочка, сама того не осознавая, выпустила наружу самое мощное своё оружие, перед которым у него сносит крышу и стирается грань разумного.
Сейчас он с превеликим удовольствием встал бы, подошёл к креслу, опустился на пол и помассировал бы её ступни.
Твою ж мать!
Гриша не заметил, как сжал челюсть сильнее.
– Даша, давай не будем ходить вокруг да около. Я приехал за тобой.
Она ответила не сразу, явно обдумывая, что сказать в ответ.
– Я знаю.
Он ожидал немного иного. Её лаконичный ответ его совсем не устроил.
– И я не уйду без тебя.
– Я это тоже знаю.
– Даша…
Она вскинула руку, останавливая его.
– Подожди, пожалуйста, – прервала она его, задышав чаще. – Я хочу сказать… Можно?
– Да.
Вот к её монологу он как раз и готовился.
– Отлично… – она бросила в его сторону взгляд, и Гриша увидел зарождающуюся злость. Что ж, тоже вполне ожидаемо. Обиделась девочка. – Ты меня в покое не оставишь. Это я уже поняла, хотя и надеялась, что ты оскорбишься и… В общем не важно, на что я надеялась. Потому что тебе это неинтересно. Далее… Я знаю, что Руслан мой отец.