— А если допустить, что она просто хочет освободиться от Рода?
— Вот в том и дело — из Рода только ненормальные уходят.
— И смелые."
"— Я центаврианку в семью не приму, — отчеканил Агапий.
— Она метиска.
— Один хрен!
Я повернулась к Кеше:
— А тебе чем Милу не нравится?
— Я нахожу ее поведение странным. Выросшая среди центавриан девушка никогда не согласится на мезальянс.
— Мне кажется, вы к ней несправедливы. Ее мать землянка. Вполне естественно, что она хочет пожить среди землян.
— Вот ты, девчонка сопливая, куда лезешь? Чего от нас хочешь? Мы, идиоты, по-твоему? Когда поймешь, что мир — это не тусовка благородных жентельменов?
— Джентльменов, — машинально поправила я.
Это была большая ошибка с моей стороны. Взрослым, солидным мужчинам нельзя указывать на ошибки, тем более при свидетелях. Агапий незамедлительно вошел в боевой режим. Это означало, что возражать ему в данный момент опасно для жизни.
Постучав мне по лбу пальцем, он принялся втолковывать прописные истины, размахивая ручищами и сверкая темно-серыми, пасмурными глазами:
— Знаешь, почему у нас еще не отжали ферму? А? Потому что мы никогда не ввязываемся в мутные дела и не якшаемся с подозрительными типами! У нас все кристально ясно! И я, по-твоему, не способен понять, кто есть кто? За болвана меня держишь, сестренка? Думаешь, многому тебя там научат, в академии? Думаешь, умнее нас, фермеров тупых?
Я попятилась назад.
— Я всегда уважала твои решения! Но и Тема мне тоже брат! А если я захочу замуж за орионца, к примеру, вы от меня тоже откажетесь?
— За какого еще орионца?
— За абстрактного.
— За какого-какого?
— Это она к примеру, — объяснил Кеша. — Нина, мы не против межрасовых связей. Мы бы смогли принять орионку, апранку, веганку — чем черт не шутит, но старшие…
— Она метиска, — повторила я несколько хрипло.
— Пока я глава этой семьи, все будет по-моему, — подвел итог Агап. — Метиску в нашу семью не приму!
— И с Тони меня не отпустишь?
— Дура! — прорычал Агапий и вихрем пронесся в гостиную. Флегматик Аркадий, который всегда болезненно переживал семейные ссоры и дрязги, покрутил с задумчивостью кончик носа.
— Даже Артем его так из себя не выводит, как ты, Нина. Нарочно ведь быка раззадориваешь.