У меня есть мать по имени Руяна, а еще сестра Радуна. Вторая сестра тоже замужем за соседского вождя. Ее в городе нет. А мать сегодня приплывет с дядей. Вот это новость. Если с Гостомыслом и сестрой проблем не было, в части признания родственных связей, то с «мамой» могут быть вопросы. Если Гостомысл не особо много внимания уделял Ларсу, а Умила просто очень добрая девушка, следовательно, с ними не возникало «косяков» по признанию меня Ларсом, то с что будет с «мамой» – большой вопрос.
После рынка мы пошли на пристань, где уже стоял Гостомысл, возле огромной ладьи.
Я с Гостомыслом смотрел вслед уплывающему судну. За не полных два дня я успел привязаться к этой девушке. Чистосердечность и легкая наивность, которую так редко можно увидеть в моем времени, распирали Умилу и делали ее потрясающе обаятельной.
Запах реки приятно расслаблял. Гомон города за спиной убаюкивал. В руках у меня были отрез ткани для матери и подаренные мне свечи.
– Она так и не смогла помириться с Руяной, – прошептал отец.
Так вот почему дочь не дождалась приезда матери. Вот почему Умила умчалась раньше приезда Руяны. Между ними какая-то кошка пробежала.
– Что они не поделили? – не сдержав любопытство, поинтересовался я.
Отец удивленно посмотрел на меня, но потом, вспомнив, наверное, про мою амнезию, снова посмотрел в удаляющуюся точку суденышка.
– Руяна была против брака с Годславом, а я ничего не мог поделать. Я всегда баловал Умилу, – с улыбкой начал рассказывать отец, – она всегда останется в моих глазах ребенком. Годслав раньше был очень жесток, хитер и коварен. Брак с его родом дал нам большие преимущества. Иногда мне кажется, что только благодаря этому браку словенское племя смогло набрать нужную силу для того, чтобы быть на равных с соседями. Руяна боялась, что жестокий Годслав будет обижать Умилу, поэтому делал все, чтобы этот брак не состоялся.
Вот уж страсти какие. Средневековые семейные разборки. Эта ситуация много говорит о матери Ларса.