Как только эти формальности будут улажены, мы огласим имя невесты и будущей королевы.
Мир перед глазами опять поплыл. Мой дикарь женится? Уже? Так быстро?…
– Сразу после того, как у Джервальта появится наследник без магического дара… – Тут Эрилар взял паузу, словно подчёркивая своё странное уточнение. Действительно странное, ведь прозвучало так, будто у Джера могут появиться и одарённые магией дети! – Я передам Джервальту трон и все полномочия. Но большую часть полномочий я отдаю уже сейчас. Я остаюсь вашим монархом, но с сегодняшнего дня вся фактическая власть переходит к кронпринцу.
Джер послушно шагнул вперёд, а я отстранённо подумала о том, как быстро разрушилась моя сказка. Фаворитка наследника… Знала, что век любовниц короток, но не думала, что поставлю рекорд по непродолжительности отношений.
Сердце словно тисками сдавило, звуки стали приглушёнными и далёкими.
Но новые слова его величества Эрилара сквозь этот вакуум всё же донеслись:
– Следующая новость напрямую вытекает из предыдущих: чтобы спокойствие и благосостояние нашей державы впредь не оказывалось под угрозой, власть больше не будет разделена на магическую и королевскую. По примеру наших добрых соседей из дружественной Кентарии указом от сегодняшнего дня единственной властью становится власть короля и назначенного им Совета министров.
Новая короткая пауза, а потом:
– И последнее: учитывая новые обстоятельства, один из ключевых законов государства подвергнется изменению. Менять основополагающие законы трудно, но закон – это прежде всего инструмент, который позволяет упорядочить нашу жизнь. Бывают случаи, когда обстоятельства меняются так сильно, что закон утрачивает полезную функцию, именно это сейчас и происходит…
Если кто-то что-то и понял, то не я.
– А вы? – донеслось очень далёкое из толпы. – Чем будете заниматься вы, раз отдаёте власть Джервальту?
Монарх повёл себя так, будто не расслышал. Крикуну он не ответил, но мы, стоявшие на балконе, уловили бормотание:
– Витариусом буду заниматься. И Оританией. Надо же исправить то, что я так глупо упустил.
Остаток речи слился для меня в нечто единое и неясное.