Леди и разбойник

Он крепко сжал его в руке, словно хотел раздавить, а потом протянул Пэнси:

– А как вы объясните это?

Она взглянула на вещицу в его руке, и сердце ее испуганно забилось. На ладони у Рудольфа лежала маска – черная шелковая маска с двумя прорезями для глаз. Пэнси не шевельнулась, не попыталась взять маску, а крепко сплела пальцы на колене.

– Где вы нашли ее? – спросила она, не скрывая, что знает, кому может принадлежать маска.

– В Стейверли. Она лежала на столике в одной из спален.

– В которой?

– В большой комнате над крыльцом.

Пэнси задержала дыхание. Маску нашли в комнате отца, известной также как комната хозяина, – глава семьи всегда спал в ней. Там, в алькове, увешанном гобеленами, на четырех резных столбиках стояла кровать с зеленым пологом, украшенная поверху страусовыми перьями. С этого ложа можно сквозь низкие окна видеть озеро и парк, а вдали на горизонте густой темный лес, окружавший поместье. Пэнси вспомнила, как однажды, когда отец болел и она не могла сидеть с ним, спросила, не скучно ли ему было без нее.

Улыбнувшись, он отвечал: «В этой комнате я никогда не чувствую себя одиноко. Она как сторожевая башня: я смотрю в окно и вижу простирающуюся вдаль землю, которую люблю и которую любили наши предки. Я вижу, как воркуют в лесу голуби, пасутся олени, куропатки пробираются к полям, низко проносятся ласточки, а дикие утки поднимаются над водой и перелетают в другие места в поисках корма. Разве может быть одинок человек, если у него есть возможность наслаждаться тем, что он любит больше всего на свете?».

У Пэнси в ушах звучал голос отца, и она вспомнила, с какой нежностью он говорил. С того самого дня она про себя называла эту комнату смотровой башней поместья Стейверли. А сейчас там нашли маску Люция. Он спал или просто отдыхал на древнем ложе и любовался на расстилающиеся дали.

Пэнси, посмотрев на кусочек черного шелка в руках Рудольфа, живо воскресила в памяти печальные события, разлучившие ее с любимым человеком. В этой маске он скрывался от солдат Кромвеля, а позднее – от людей короля.

Лучше не видеть ее! Пэнси с трудом удержалась, чтобы не выхватить маску из рук Рудольфа и не швырнуть в открытое окно. Вместо этого спокойным ровным голосом, не выдававшим охватившего ее волнения, она произнесла:

– Как странно, что вы нашли маску в комнате моего отца. Скорее всего, вы все-таки ошибаетесь, полагая, что домом пользовался джентльмен с большой дороги.

– Слишком мягко сказано, – взорвался Рудольф.