У вас не будет проблем с мужем из-за подобных визитов?
- Вот, как раз о нем я и хотела поговорить, - Айли делает шаг в сторону кресла, где сидит герцог, но дальше идти не решается, останавливается. – Я тут недавно узнала кое-что, что меня, прямо скажем, неприятно поразило. И я подумала, что этого просто не может быть. Вы, как благородный лорд…
- Графиня, переходите к сути, будьте добры, - перебивает ее герцог.
- Поймите, я не осуждаю никакие мужские забавы. Кто-то любит выпить и кутить с утра до ночи. Кто-то – посещать хм… дома терпимости или заводить молодых зазноб среди служанок…
После каждого слова Айли, брови герцога поднимаются все выше и выше, грозясь переползти на подголовник кресла, в котором тот сидит.
- А кто-то азартен иногда в меру, а иногда нет, - договаривает Айли.
- Да, я наслышан о вашем муже, - кивает ее собеседник.
- Я сейчас не о нем пришла говорить, - отрезает барышня, в упор не замечая, что герцог остался сидеть без бровей, они благополучно покинули его лоб и поднялись уже куда-то на каминную полку, позади кресла. – Я знаю, что не так давно вы имели удовольствие играть в одном клубе с моим мужем.
- Да, было дело, - подтверждает герцог, один решительным движением возвращая брови на свое лицо, привычно сведя их к переносице.
- И я знаю, что он проиграл вам все мои драгоценности, - продолжает Айли, все так же не глядя в лицо собеседнику, иначе бы увидела, как яростно сверкнули серебристой молнией светлые глаза мужчины. – Я понимаю, это игра, долг и прочее. У мужчин есть свои забавы, да…
- Вы повторяетесь, - перебивает ее герцог, так сжимая челюсти, что мне становится боязно, а вот Айли – нет, потому что она продолжает нести чушь.
- Да, возможно, простите.
- У меня нет ваших драгоценностей, - отрезает герцог, наконец, потерявший терпение.
- Как нет? – Айли открывает в удивлении рот и, наконец-то, впервые за весь разговор, смотрит на мужчину. – Они у вас, я знаю! Прошу, отдайте их мне. Умоляю!
- Повторяю. У меня их нет! – герцог встает, не желая продолжать разговор.