Когда меня за спиной называют стервой или сукой, я считаю это комплиментом от обывателей. Мне завидуют, говорят про меня гадости и давятся желчью оттого, что моя постель никогда не пустует.
Я купаюсь в голодных взглядах мужчин и люблю, когда они провожают меня глазами. Когда мужчины протягивают руки, чтобы убедиться, что я рядом, они с разочарованием замечают, что это мираж. Мираж, который очень быстро рассеивается.
Я всегда питалась чужой любовью и думала, что никогда не променяю внимание многих на одного. В моих мечтах не стоял пунктик печь блины любимому человеку и быть с ним вместе в горе и в радости.
Когда я чувствовала, что меня хотят приручить, то сразу уходила. Я просто далека от романтики и привыкла смотреть на мир практично. Я всегда знала, что достойна большего, чем имею на сегодняшний день.
В моей жизни наступил момент, когда я начала привыкать к одиночеству. И, чёрт побери, оно стало мне нравиться. Никогда не думала, что оно настолько душевное. Я пришла к неутешительному, но, как мне казалось, честному выводу: в этом мире нет человека, которому были бы понятны мои мысли, слова и поступки. Но самое страшное в том, что я уже почти не страдаю от этого, а успокаиваю себя тем, что мне не нужно играть, притворяться, под кого-то подстраиваться, менять мысли, цели, мечты.
Многие пытаются убежать от одиночества, а я чувствую, что это бессмысленно. Даже если оно отпустит, то только на время. А затем поймает и обрушится с новой силой. Оно не прощает бегства и вновь даёт возможность остаться один на один со своими мечтами.
И всё же я благодарна этому миру за то, что познала любовь… Я с ней встречалась. Она такая красивая и многоликая… Её нельзя воспринимать как данность, ведь отпущенное нам время скоротечно.
Были моменты, когда мне казалось, что любовь – это злокачественная привязанность. А иногда я думала, что достойна чего-то большего, нежели любовь. Даже если сегодня у кого-то есть любимый человек, то нет гарантии, останется ли он завтра. Когда люди говорят, что они единое целое, они противоречат сами себе, потому что единого целого не бывает.