Эркюль Пуаро

Он отличался крайней медлительностью, которая казалась не врожденной, а нарочитой.

– Да, – сказал он. – Сейчас, кажется, все сводится к деньгам.

– А я думала, что у фермеров во время войны дела шли превосходно.

– Да, конечно, но этого не хватит надолго. Через год мы сползем на прежний уровень. Рабочих не найти, платить надо больше, все недовольны, никто не знает, чего, собственно, хочет. Только если ведешь хозяйство на широкую ногу – тогда, конечно, ничто не страшно. Старый Гордон это понимал. Именно так он хотел поставить дело, когда собирался в нем участвовать.

– А теперь?.. – спросила Линн.

Роули усмехнулся:

– А теперь миссис Гордон едет в Лондон и выбрасывает пару тысяч фунтов на норковую шубку.

– Но это... это грешно!

– О нет. – Он помолчал и сказал: – Мне бы хотелось купить норковую шубку тебе, Линн...

– Что представляет собой Розалин, Роули? – Линн хотелось знать мнение сверстника.

– Ты увидишь ее сегодня. На вечеринке у дяди Лайонела и тети Кэти.

– Да, знаю. Но мне интересно твое мнение.

Мама говорит, что она полоумная.

Роули задумался.

– Ну, я бы тоже не сказал, что интеллект – ее сильное место. Но думаю, что она только кажется полоумной – из-за того, что слишком следит за собой.

– В чем же?"

"– О, во всем. Главным образом, следит за своим выговором – у нее, знаешь, сильный ирландский акцент. И еще – при выборе вилки. И при возникающих в разговоре литературных ассоциациях.

– Так она в самом деле совсем... необразованна?

Роули усмехнулся:

– Да она не леди, если ты это имеешь в виду.

У нее прелестные глаза и прекрасный цвет лица – я полагаю на это и попался старый Гордон. Да к тому же у нее трогательно наивный вид. Не думаю, что это притворство, хотя, конечно, трудно сказать. Она всегда какая-то потерянная и предоставляет Дэвиду собой руководить.

– Дэвиду?

– Это ее братец. Уж он-то далеко не наивен... Могу поклясться. – И добавил: – Он не слишком жалует нас.

– А с чего бы ему нас любить? – резко спросила Линн и добавила, поймав удивленный взгляд Роули: – Я имею в виду, что и ты не любишь его.

– Разумеется, не люблю. Да и тебе он не понравится. Он не нашего круга.

– Ты не знаешь, Роули, кто мне нравится и кто не нравится. Я немало повидала за последние три года. Думаю, что мой кругозор расширился.

– Ты больше видела, чем я, это правда.

Он сказал это спокойно, но Линн внимательно взглянула на него. Что-то скрывалось за этим ровным тоном.

Он ответил ей твердым взглядом, лицо его не выражало никакого волнения.