Это все так ужасно, вы не находите?
Пуаро печально покачал головой и сказал:
– Я только что разговаривал с мистером Роули Клоудом и мисс Марчмонт. Я слышал, они женятся. И довольно скоро.
Тетушка Кэти немедленно повеселела.
– Милая Линн, она такая прелестная, и у нее такая хорошая память на цифры. А у меня совсем нет памяти на цифры, никогда их не могу запомнить. То, что Линн дома, – просто благодать Божия. Когда я запутываюсь, она всегда выручает меня. Милая девочка, надеюсь, она будет счастлива. Роули, конечно, замечательный молодой человек, но, знаете ли, несколько скучноват.
– Семь лет помолвки – хорошая проверка чувств.
– О да! Но я думаю, что эти девушки возвращаются домой какими-то беспокойными... И если встречается кто-либо иной... кто-нибудь, кто вел, быть может, жизнь, полную приключений...
– Кто-нибудь вроде Дэвида Хантера?
– Между ними ничего нет, – взволнованно сказала тетушка Кэти. – Совершенно ничего. Я в этом твердо уверена! Было бы ужасно, если бы что-нибудь было, не правда ли, раз он оказался убийцей... Да еще своего собственного шурина! О нет, мосье Пуаро, пожалуйста, не покидайте нас с мыслью, что между Линн и Дэвидом существует какая-то привязанность.
Доктор Клоуд выглядел усталым и измученным. Его глаза, светло-голубые, с крошечными зрачками, бесцельно блуждали по комнате.
– Как поживаете, мосье Пуаро? Возвращаетесь в город?
«Mon Dieu![78] Еще один выпроваживает меня обратно в Лондон», – подумал Пуаро.
Вслух он сказал:
– Нет, я остаюсь на день-другой в «Олене».
– В «Олене»? – Доктор Клоуд нахмурился. – Так полиция хочет, чтобы вы здесь немного побыли?
– Нет, я сам этого хочу.
– В самом деле? – Доктор вдруг метнул на него быстрый острый взгляд.