– А что вы делаете теперь, мосье Пуаро?
– Разговариваю с людьми. Вот что я делаю. Просто разговариваю с людьми.
– И не спрашиваете их об убийстве?
Пуаро покачал головой.
– Нет, я только... как бы это сказать... собираю сплетни.
– И это помогает?"
"– Иногда – да. Вас удивило бы, как много я знаю о повседневной жизни в Вормсли Вейл за последние несколько недель. Я знаю, кто куда ходил гулять, кто кого встречал, а иногда – что они говорили. Например, я знаю, что этот Арден шел в деревню по тропе мимо усадьбы Фарроубанк и спросил мистера Роули Клоуда о дороге, что у него не было багажа, только рюкзак.
– Да, – подхватила Линн. – Роули говорил мне. Он сказал, что она была похожа на служанку, получившую выходной день.
– Ага, он так сказал? – Пуаро о чем-то задумался, затем продолжал: – Да, я знаю кучу историй о том, кто куда ходил. И я слышал кучу историй о людях, находящихся в затруднительном материальном положении.
– Это не секрет, – сказала Линн. – Мы все пытались выжать деньги из Розалин. Вы это имели в виду, да?
– Я этого не говорил.
– Но это правда! И я полагаю, вы слышали сплетни обо мне и Роули и Дэвиде.
– Но вы собираетесь выйти замуж за Роули Клоуда?
– Собираюсь ли? Если б я сама знала... Именно это я пыталась решить в тот день, когда Дэвид выбежал из лесу. Эта мысль была похожа на большой вопросительный знак в моем мозгу.
На лице Пуаро появилось странное выражение.
Неверно поняв его, Линн воскликнула:
– О, неужели вы не видите, мосье Пуаро, как все это трудно? Вопрос вовсе не в Дэвиде. Дело во мне! Я изменилась. Я была в отъезде три... почти четыре года. Теперь я вернулась, но вернулась другим человеком. И это общая трагедия.
– Вы не правы, – сказал Пуаро. – Трагедия жизни состоит в том, что люди не меняются.
Она изумленно посмотрела на него, покачала головой. Он настаивал:
– Да, да. Это так. Почему вы уехали одной из первых?
– Почему? Я ушла в армию, пошла служить.
– Да, да. Но почему вы вступили в армию в числе первых? Вы были помолвлены.