Она возле будки! Как же хорошо, сейчас собака наконец поест!
– Налей ему виски, – буркнул Герман, распахивая дверь. – Собака наконец выпьет!
– Уличные собаки, – вслед ему проговорила Тонечка, – зимой едят снег, а виски они не пьют! И воду они тоже не пьют! Им хватает снега!
Миску с едой она вынесла сама, чтобы послушать, как пес станет радостно и упоительно хрустеть, и, понаблюдав немного, вернулась в дом.
– И все-таки куда мог деться нож? Кто его взял?.. И зачем?..
– Может, поедем? – попросил Герман, чувствуя, что малодушен и жалок.
– Поезжай, – тут же откликнулась Тонечка. – А я тут еще побуду, потом выйду к магазину и вызову такси. Всего и делов!
– Я так и думал.
Некоторое время они молча копались в обломках и черепках. Герман сердито, а Тонечка задумчиво.
– Нет здесь ножа.
– Зато смотри, что я нашла!..
Она подняла с пола пухлый том, переплетенный малиновым, и стала дуть на обложку. С нее посыпались земля и мелкие стеклянные крошки.
– Мы станем читать вслух?
– Это альбом с фотографиями, балда, – сказала Тонечка.
Герман вздохнул. Тонечка открыла первую страницу.
– Смотри, фотографии совсем новые! Прошлая осень, а тут Новый год. Везде даты стоят! Твой Кондрат любитель семейных альбомов?
– Я не знаю.
– А ты вообще что-нибудь про него знаешь?
– Я точно знаю, что он не мог убить жену, – заявил Герман. – Вот это я знаю!
Тонечка захлопнула альбом и сунула его в рюкзак.
– Дома посмотрим, – решительно проговорила она.
– А там тебе что понадобилось?!
Она пожала плечами.
– Ну, просто посмотреть. Мы же должны понимать, как они жили! Вдруг у них разные спальни и всякое такое.
– Да какая нам разница, какие у них спальни?! – почти зарычал Герман. – И вчера Кондрат наверх не ходил! Он лазал в подвал за яблоками! И вообще, давай уже поедем отсюда!
Тонечка с сочувствием поцеловала его в щеку, выбралась в коридор и зажгла свет.
И тут же позвала негромко:
– Саша…
Он моментально подскочил к ней – голос не обещал ничего хорошего.
– Смотри, – теперь она шептала. – Вон, на третьей ступеньке.
Герман отсчитал ступеньки. На третьей была разлита вода, небольшая лужица.
Он посмотрел на жену.
– Наверху кто-то есть, – прошептала она, и глаза у нее округлились. – Это снег. По лестнице прошел человек, с ботинка отвалился снег и растаял.
Он даже не стал спрашивать: ты уверена? Он сразу понял, что она права.