Однако как ни были они густы, сквозь них легко было разглядеть и точеные белые плечи, и длинные стройные ноги, и высокую пышную грудь, от мягких и манящих очертаний которой у молодого парня темнело в глазах, сохло во рту и появлялись еще некоторые ощущения, силы которых он сам испугался. Ни на одном из буйных весенних праздников он не переживал ничего подобного. Яркая, нечеловеческая зелень ее глаз внушала ужас и восторг – лицезрение этой красоты было смертельно опасно, но оно того стоило!
– Ты… кто? – едва смог он выговорить, не зная, то ли жмуриться, чтобы не ослепнуть, то ли смотреть, пока видно.
"– Я – Младина. – Девушка улыбнулась, и на него повеяло запахом ландыша. Ее волосы быстро сохли, и прямо на глазах из влажных прядок показывались зеленые стебельки с жемчужными бусинками ландышей. – Зови так, если нравится. А кто ты, я знаю. Тяжело тебе пришлось, ничего не скажешь. Но все это беда поправимая. Полюбился ты мне, Столпомер Гремивоевич. Если будешь мне верен, я тебе все твои беды в клубок сверну и под корягу заброшу.
Что было дальше, Столпомер помнил плохо, и осталось у него только ощущение неземного блаженства, смешанного с тягучей, болезненной усталостью и опустошенностью. Восемнадцатилетний парень, рослый, сильный, красивый, с густыми русыми кудрями и яркими темно-голубыми глазами, мог понравиться даже Деве Будущего, которая в каждом мужчине ищет силу Сварога и не отстает от тех, в ком ее находит, пока не выпьет до дна.
Молодой князь Столпомер вышел из этого леса три недели спустя, зато совсем не там, где входил, а прямо возле Ладоги. Дева будущего обещала ему удачу во всем – и ее обещания сбылись. Ладожские князья хорошо приняли беглеца. Воевать со Смолянском им было некстати, они как раз собрали большой обоз для торговой поездки за море – но взяли Столпомера с собой, ввели в дом свейского конунга Рагнара и убедили помочь.
Гостеприимство северные владыки считают своей непременной обязанностью, поэтому конунг с почетом встретил молодого славянского князя. Его знатный род, отвага, с которой он сражался с превосходящим противником, стойкость, с которой он переносил поражение, упрямая вера в будущую победу всем здесь внушали уважение. Ведь стойкость под ударами судьбы считается у северных народов одной из первых добродетелей достойного человека.