Пожалуй, Создатель крепко разобиделся на него за гневливую брань, поскольку, разгибаясь слишком резво, богохульник едва не снес головой угол стола.
Звериный рев сотряс горницу, вслед за ним раздался дикий грохот — стол, посмевший вступить в единоборство с хозяином, отлетел вверх тормашками к остывающей печи; заслонка с оглушающим лязгом свалилась вниз. Тлеющие угли весело полыхнули, неожиданно получив толику воздуха, и осветили горницу тусклым светом. Я не выдержала и вскочила с лежанки, поймала руку дебошира на излете и попыталась заглянуть ему в глаза.
— Энги! Да что с тобой творится?
Он пошатнулся, цепко схватил меня за плечи — то ли опираясь, то ли захватывая в плен — и наклонился ближе, будто хотел получше разглядеть мое лицо. Крепкий винный дух перешиб мне дыхание.
Он пошатнулся, цепко схватил меня за плечи — то ли опираясь, то ли захватывая в плен — и наклонился ближе, будто хотел получше разглядеть мое лицо. Крепкий винный дух перешиб мне дыхание.
— Что, — он громко икнул, — успела спровадить?
— Кого?
— Уж не знаю… кто к тебе таскается… пока хозяина… на порог не пускают…
— Духи небесные, Энги! — я попыталась вывернуться из мертвой хватки.
Его снова качнуло; стало страшно, что огромное тело упадет на меня и придавит всем весом. Я уперлась кулаками в твердую грудь — и поддерживая его, и защищая себя.
— …на телегах… ездит…
— Энги, опомнись! Люди ищут у меня исцеления!
— Кто это был? — рявкнул он, разом сминая мою хлипкую защиту и подгребая меня к себе.
— Энги…
— Говори, девка! — он встряхнул меня, будто молодую яблоню, и теперь стало по-настоящему страшно.
— Я не могу… Мне нельзя…
— Говори! — его лицо теперь было так близко, что можно было ощутить кожей его тепло. В страхе я закрыла глаза. — Кого от меня прятала?
— Энги… — шептала я, не смея открыть глаз и чувствуя его хмельное дыхание у самых губ.
Взрыкнув — вот-вот укусит, что дикий зверь — он лишь сомкнул ручищи за моей спиной и захрипел в ухо:
— Не смей меня из дома гнать!
— Я не буду, — всхлипнула, — прости, я не могла… Тебе нельзя было…
— Это мой дом!
— Твой, Энги… Отпусти…
Он хрипел и рычал, слегка пошатываясь на широко расставленных ногах и качая меня вместе с собой.