Татьяна купила новый модный купальник бикини, желтый в горошек, но Александр, едва глянув на него, запретил его надевать."
"Стив, однако, вообще не смотрел в ее сторону. На щеке у него красовался порез с тремя швами. Он не приходил в Мемориальный госпиталь, а поскольку других больниц в городе не было, Татьяна гадала, куда же теперь Билл Бэлкман отвозит сына, чтобы наложить швы, чтобы Татьяна не узнала, что случилось. Необычайно молчаливый Стив ничего не объяснил, и никто его не спрашивал. Он не плавал, почти не ел, не сыпал шутками, едва разговаривал с отцом, а его отец почти не говорил с ним.
– Отлично вы здесь устроились, – сказал он, когда они, наплававшись, уселись в патио. – Но я не понимаю, почему ты не строишь себе настоящий дом? Я слышал, ты знаешь одного хорошего строителя. – Билл хихикнул. – Зачем жить в хижине?
Александр избегал взгляда Татьяны, потому что боялся, что другие могут понять, что он мысленно видит: маленький домик среди сосен на берегу реки, в которой мальки осетра плыли навстречу новой жизни в Каспийское море… Или… яма в лесу, оружие лежит рядом, он ждет, когда с рассветом появятся враги… Все это он вложил в короткий ответ Биллу:
– Пока что нам и этого достаточно.
Аманда, загоравшая в гофрированном атласном купальнике красно-коричневого цвета, в подражание Мэрилин Монро, сказала:
– Таня, этот твой купальный костюм уж слишком в стиле сороковых. Александр, тебе нужно было купить жене хорошенькое новое бикини, чтобы отпраздновать открытие бассейна и чтобы она показала свою фигурку.
– Ты так думаешь? – спросил Александр, покосившись на Татьяну.
– И ты так хорошо ныряешь! – продолжила Аманда, окидывая Татьяну недоуменным взглядом. – Этот поворот через спину, кувырок на трамплине! Где это ты такому научилась? Я думала, ты выросла в Нью-Йорке.
– О, ну, знаешь, немножко тут, немножко там. – «В основном там».
– Таня, можешь принести нам еще картофельного салата, пожалуйста? – Это Александр поспешил вмешаться.
Бэлкман, когда она вернулась с салатом, говорил:
– Александр, отличный у тебя парень!
Энтони высунулся из воды.
– Спасибо, Билл.
Татьяне понравилось, что Билл почти не обращался к ней.
– Энтони! – позвал Бэлкман. – Поди сюда на секунду!
Энтони вылез из бассейна, стройный, смуглый, мокрый, – и застенчиво подошел к Бэлкману.
– Ты хорошо плаваешь.
– Спасибо. Меня папа научил.
– Сколько тебе лет?
– Будет девять тридцатого июня.