Александр отработал пятницу и субботу, а в воскресенье они пошли на католическую мессу и потом отправились в долгую поездку с Энтони до Седоны, чтобы погулять по каньону Красная Скала. Они пообедали в любимом мексиканском ресторане, поговорили о Большом каньоне, купили испанский кувшин. Вечером вернулись домой и уложили Энтони спать, искупались в бассейне и занялись любовью в прогретой воде. В постели Александр сказал, что не может не пойти на работу в день их годовщины, и Татьяна отвернулась и промолчала, а в понедельник отправилась в госпиталь, а он пошел на работу, как будто ничего и не изменилось.
Но Александр обнаружил, что он стал похож на Татьяну: он не мог смотреть Стиву в глаза. Все отношения между ними свелись к рабочим. Каково состояние дома Шрейнера? Каково состояние дома Килмера? Каково сейчас состояние…
Александр не знал, что делать. До их десятой годовщины, в выходные, оставалось четыре дня! Он купил Татьяне очень дорогое кольцо, хотя только что потратил все свои дополнительные доходы и часть сбережений на экстравагантный бассейн.
За день до того, как они поехали на Большой каньон, Александр познакомился с Дадли.
Уолтер, крепежник, кое-что рассказал Александру об этом Дадли, временном рабочем, которого Стив нанял несколько недель назад. Это был поденщик, по словам Уолтера.
– По слухам, он в бегах. – Уолтер понизил голос. – Говорят, его разыскивают за убийство в Монтане.
– Надо же, – сказал Александр. – Убийство в Монтане?
– Да. Но Стив говорит, что это плюс в его пользу, он работает задешево, делает все и не жалуется. – Уолтер засмеялся.
Дадли оказался высоким мужчиной, такого же роста, как Александр. Он носил ковбойские сапоги и ковбойскую шляпу, которую снял в насмешливом поклоне, – и под шляпой оказались спутанные, очень светлые волосы, связанные в хвост.
Стив сказал:
– Вам двоим следует о многом поговорить. Дадли и в Европе работал, и был на Восточном фронте, так, Дадли?
Дадли был неопрятен, что было необычно для солдата, насколько знал Александр, но солдат набирали разных, и некоторые даже оставались необученными.