Я непонимающе следовала за ними и делала все машинально, пытаясь отогнать остатки сна.
Меня погрузили в бассейн, потом две девушки тоже разделись и присоединились ко мне. Мое удивление было столь велико, что дар речи пропал, и я только и делала, что хлопала ресницами, недоуменно ловила ртом воздух и настороженно следила за всеми манипуляциями. Бранна поднесла корзину к краю бассейна и, поставив у бортика, начала командовать.
— Так, сначала скраб, — сказала она, доставая первую баночку. — Потом — волосы и массаж тела.
Девушки вооружились мочалками и подступили ко мне.
Меня терли с таким рвением, что кожа уже горела, казалось, еще немного — и с меня сотрут ее. Закончив с телом, принялись за волосы, тщательно втирая в них ароматную мыльную субстанцию. После этого, вытащив меня из бассейна, омыли пахнущей цветами водой.
Дальше все действие переместилось на широкую скамью, которая непонятно откуда взялась. Меня натирали маслами, одновременно делая массаж, приводили в порядок ногти, украшая их ярко-красным лаком и маленькими камушками.
Когда и с этим было покончено, одна из девушек взяла кисточку и баночку с красной хной. Она стала наносить на мое тело узоры, которые напоминали те руны, что я видела на стенах храма.
Сначала рисовала на бедрах, щекоча меня кистью. Я старалась не дергаться и не смеяться, но получалось с трудом. Потом узор появился на моем животе, захватив в плен пупок, в который вставили красный камень. Дальше девушка поднялась к груди и вывела красивые завитки, которые расходились от соска по спирали и поднимались выше к плечам.
Руки тоже были разрисованы орнаментом, похожим на тот, что был на бедрах. В последнюю очередь она принялась за лицо. На каждой скуле у меня появилась руна, напоминающая паучка, только лапки были завиты в разные стороны. На лбу между бровей мне нарисовали ромбик и приклеили каплевидный красный камень.
Покончив с этим, вся компания девушек оценивающе оглядела меня и удовлетворенно вздохнула. Мы переместились в комнату.
Я взглянула на отражение и ахнула. Туника вовсе не скрывала моего тела, а лишь вуалировала слегка. По бокам разрезы доходили до пояса, открывая бедра.