Лягушка под зонтом

Он не закрыл шкаф? Но, в сумеречном свете поймав взгляд гостя, он понял, что Мазаев смотрит на полку с куклами.

Отец привозил их матери отовсюду. Может быть, он видел в ней маленькую девочку. На фоне его лет она и была ею – внучкой по возрасту."

"Случай не такой редкий, торопливо напомнил себе Никита, заглушая всегдашнее волнение. Оно возникало каждый раз, стоило ему вспомнить о своей семье. Сколько стариков ученых женится на своих аспирантках? Или иначе – сколько юных аспиранток становятся учеными дамами через замужество со стариком руководителем?

Надо отдать должное матери – Ирина Михайловна выполнила свою программу, а она у нее была, несомненно.

Она составила ее с крестьянской скрупулезностью, как настоящий землепашец, который точно знает, когда бросать семена, когда прореживать всходы, когда окучивать, когда убирать урожай.

Не-ет, Ирина Михайловна не перепутала сроки сева и жатвы, как однажды посмеялся самый близкий друг отца. Он не любил мать Никиты, а когда узнал, что она обосновалась в Таиланде и держит гостиницу для сотрудников Академии наук, которые туда приезжают, так и сказал.

Никита не спорил, он давно все себе объяснил. А именно: отцу нужен был наследник, ему родили его. У отца была первая жена, любимая Нина, она умерла молодой. Под конец жизни Тимофей Никитич Дроздов женился с определенной целью. Он получил то, что хотел.

Но такого ли качества, которое он хотел, Никите неизвестно. Отцу тоже, слава Богу: он умер, когда Никита еще не ходил в школу.

– Вам нравятся куклы? – спросил Никита, желая отделаться от навязчивых мыслей.

Завистливый вздох Мазаева вернул его к реальности. Он щелкнул выключателем, в приглушенном свете торшера куклы словно ожили. Их лица блестели, глаза сияли, а платья были как будто только что из бутика за углом дома. Не важно, что там кукольные платья не продают, только человеческие. Хотя среди них полно кукол, ядовито отметил Никита. Его бывшая жена хотела одеваться там.

Мазаев причмокнул. Никита посмотрел на него. Чрезвычайно яркие, похожие на кукольные, губы Владилена Павловича собрались в трубочку.

Они словно приготовились поцеловать – такие же, неживые. Внезапно пришла в голову дурацкая мысль – этот мужчина если целовал кого-то, то кукол.

– Безумно, – услышал Никита. – Вы знаете, какой это бизнес? То, что у вас, – бесценно. – Он подался к Никите. – Я вам это говорю, человек, который мечтал стать восточным Тэмером.

– Восточным Тимором? – переспросил Никита. – Я знаю остров Тимор в Юго-Восточной Азии.