Что за день!
В этот момент, как по заказу, снова объявили о моём рейсе.
— В Ригу я лечу, — кивнув в сторону динамиков, ответила я.
— В Ригу? — блондинка сначала нахмурилась, а потом вдруг снова задала бестактный вопрос. — А зачем?"
"Я думала, что её муж, который показался мне более сдержанным (и вменяемым), вмешается в этот странный допрос посередине аэропорта, но он промолчал, будто набрав в рот воды, и тоже с любопытством смотрел на меня.
— Так зачем? — напомнила о себе блондинка. Я пожала плечами.
— Не знаю.
Блондинка и её муж переглянулась друг с другом — причем с таким видом, будто мой ответ имел для них какой-то тайный, сакральный смысл.
— Думаешь, что…? — мужчина покосился на свою жену. Та отчего-то, довольно закивала.
— Я знаю только одного мужчину из Риги, который собирается жениться по уговору.
— Дурак, — подтянув к себе жену, пробурчал мужчина со шрамом, добавив что-то неразборчивое. Я смогла услышать только «It’s About Time», что имело интересный смысл: очевидно, что этот «дурак», о котором упомянула парочка, должен был жениться по уговору значительно раньше, но делает это только сейчас — со значительной задержкой.
Срывающая башку беседа!
Впрочем, несколько проведенных лет в зонах вооруженных конфликтов научили меня одному интересному правилу: ни один случайный попутчик не случаен. Много раз меня выручали из беды люди, чьим родственникам перед этим я немного помогла; однажды мне сделал пропуск на выезд с территории, захваченной местными боевиками человек, с которым я перед этим просто ехала в автобусе и поделилась лишней бутылкой воды!
Поэтому, каким бы мне не показался странным разговор между блондинкой и её мужем, я сделала вид, что вообще не обратила на это внимания.
В конце концов, может, это и неплохо — отмечу свой день рождения на новом месте и без напоминаний о грустном прошлом.
Перелёт не занял много времени: к счастью, Рига находилась всё на том же евразийском континенте, что и Париж. Всё та же старушка Европа.
По роду своей профессиональной деятельности, я успела побывать во многих местах: красивых современных столицах, грязных заброшенных властями трущобах; вымирающих и уже вымерших поселениях.