Сегодня Освальд чудо, как хорош. Несмотря на прохладу и снег, стоит в рубахе и жилете, без верхней одежды. Свет горящих фонарей отбрасывает блики на его скулы, заснеженные волосы. Растаявшие снежинки мелкими бриллиантами сияют на чувственных губах, и я ловлю себя на мысли, что хочу коснуться их, ощутить вкус его губ…
«Лиля! Не будь дурой!» — осадила себя и, извинившись перед попечительницей, поспешила в детскую. Однако поднимаясь по парадной лестнице, спиной чувствовала взгляд герцога. Конечно, глупость. Нужна я ему, вот только пытаясь ступать грациозно, едва не запнулась.
Вейре встретил меня грустной улыбкой.
— Волнуешься?
— Я не хочу выходить к ним, — проворчал, глядя исподлобья. Будучи не в настроении, он сидел на постели, закутавшись в плед, хотя в детской было душно.
— Мы будем вместе, — приободрила его. — Покажем, какой большой ты вырос, примем поздравления, поулыбаемся. Не надо бояться.
— Я не боюсь, — Вейре лгать не умел, поэтому покраснел и спрятался под покрывалом с головой.
"— Ох, Вейре, — присела перед ним на корточки. Осторожно потянула плед и заглянула ему в глаза. — Ты храбрый мальчик.
— Храбрый! — кивнул он и сжал губы. — Но обидно сидеть за праздничным столом, когда все едят сладости, пирожные, сладкий лед, а мне из-за диеты позволительно есть лишь тушеные овощи! А я видел, какие сладости приготовили на кухне!
— Неужели все так строго?
— Мне нельзя ни сладкого, ни соленого, ни острого, ни молочного… — жалобно начал перечислять малыш, и я схватилась за сердце.
— Как?! — только недавно тайком угощала Вейре печеньем, в составе которого точно есть молоко! Боже мой! Я заметалась по детской. — А печенье? Тебе после него было плохо?!
— Нет! — улыбнулся Вейре. — Все хорошо! Только папа об этом не знает!
Я плюхнулась в кресло, не веря, что все обошлось. Отныне буду для Вейре привозить печенья, испеченные на заказ! Без молока, с минимум сахара!
— Почитаете книжку?
— Конечно, только отдышусь!
— Вы расстроены? — он заглянул мне в глаза.
— Очень… — да я со страху, что чуть не убила ребенка, заикаться начала.
Тем временем все гости собрались. Заиграла музыка. Нам скоро выходить, только ни я, ни Вейре не горим желанием выбираться из детской.
Чтобы разведать ситуацию, я на цыпочках выбралась из комнаты, прокралась к зале и одним глазком посмотрела, что там происходит, а потом описала Вейре.
— Приехали твои кузины и кузены, господин Кратье с семьей. Других я не знаю.