К тому же он их не приучил изгонять духов.
Дэлглиш взял бокал, который она ему протянула, и спросил о Кэтрин Бауэрз. Уж о ней можно было спокойно расспрашивать. Его совершенно не занимал Стивен Макси и слишком занимал Феликс Герн. А спрашивать о малыше — значит вспоминать о золотокудром привидении, чья тень и так витала где-то рядом.
— Я иногда встречаюсь с Кэтрин. Джимми сейчас в приюте, Кэтрин частенько наезжает туда с его отцом и забирает домой. Думаю, она выйдет замуж за Джеймса Ритчи.
— Как неожиданно дело обернулось, не находите?
Она засмеялась:
— Не думаю, что Ритчи догадывается об этом.
Еще бы, подумал Дэлглиш. Мать отсиживает свой срок, сестра платит по счетам, ведет хозяйство, сражается с враждебностью или, что еще нестерпимее, сочувствием соседей.
Видно, она догадалась по его лицу, о чем он думает:
— Я рада, что он страшно занят. Ему куда тяжелее было, чем мне."
"Они помолчали. Им было легко друг с другом, но Дэлглиш мучился, подбирая каждое слово. Ему так хотелось сказать ей что-нибудь утешительное, подбодрить ее, но он, что называется, с порога отметал начавшие было выстраиваться во фразу слова. «Я сожалею, что мне пришлось так поступить». Вовсе он не сожалел, она была достаточно умна и честна, чтобы понять это.
Изощренное убийство
В Лондоне довольно мало автономных исследовательских центров, занимающихся проблемами психиатрии. И так как все эти медучреждения имеют общий профиль и в конечном итоге контролируются Государственной службой здравоохранения, то вполне очевидно, что в них применяются сходные методы лечения и администрирования. Не является исключением и клиника Стина.