Некоторые бумаги оказались под телом. У меня создалось впечатление, что мисс Болем ударили, когда она согнулась, чтобы их подобрать.
— И у меня создалось такое впечатление, — произнес Дэлглиш. — Ну ладно, продолжим."
"Они миновали дверь служебного лифта, не проронив ни слова, и прошли в полуподвальный лечебный кабинет, примыкавший к фасаду здания. Здесь сестра Болем сидела с пациенткой, когда начинался вечер. Дэлглиш зажег свет. Тяжелые занавески были открыты, но окна закрывала тонкая сеть, служившая, очевидно, для того, чтобы обеспечить хоть какую-то защиту от посторонних глаз днем.
Дэлглиш сказал:
— Если пациентка шумела, то вряд ли сестра Болем могла слышать, что происходило в коридоре. Вы не могли бы пройти по нему, Мартин, и позвонить по телефону, который находится прямо рядом с дверью в архив?
Мартин закрыл за собой дверь, и Дэлглиш остался в гнетущей тишине один. Он обладал острым слухом, и тяжелая поступь Мартина была ему слышна. Адам засомневался: смог бы он ее услышать, если бы шумел пациент? Он не различил ни слабый звонок, который раздался, когда Мартин поднял трубку, ни жужжание телефонного диска.
— Там есть карточка с внутренними номерами, и я набрал 004. Это комната мисс Болем. Забавно, как зловеще звучит звонок телефона, когда некому снять трубку. Но потом трубку кто-то снял. Я даже испугался, когда гудки прекратились. Естественно, это оказался мистер Лодер.
— Так и будет. А я, между прочим, вас не слышал. Но сестра Болем все же уловила, как кричала юная Придди. По крайней мере так она говорит.
— Тем не менее она не поспешила броситься на помощь, не правда ли, сэр? Более того, она, очевидно, слышала, как доктора и старшая сестра спустились сюда.
— Разумное предположение. За дверью шумели четыре человека. Разумеется, можно заподозрить ее в первую очередь.