— А как бы ты поступила, Беа? Думаешь, я должна об этом рассказать?
Старшая сестра Эмброуз, не любившая ни с кем советоваться и привыкшая справляться со своими проблемами самостоятельно, поняла, что принять это решение ей не по силам, и перекинула часть ответственности на подругу. Они обе чувствовали: этот момент особенный, такого в их отношениях еще не было. Мисс Шарп помолчала секунду-другую, а потом сказала:
— Нет. Во всяком случае, не сейчас. В конце концов, она твоя коллега и ты ей доверяешь.
И в самом деле вряд ли, подумала старшая сестра Эмброуз. Ее воображение живо нарисовало малоприятную картину. Сэр такой-то или сякой-то будет выступать в качестве обвинителя; высокий, с крючковатым носом, он будет устрашать ее своим жутким взглядом, заложив большие пальцы за пояс мантии.
«А теперь, старшая сестра Эмброуз, может быть, расскажете его чести и господам присяжным, что вы делали, когда подслушивали беседу между обвиняемой и ее кузиной?»
Смешки в зале.
Тишина. Сэр такой-то вновь правит бал: «Так что же, старшая сестра Эмброуз…»
Нет, она точно не жаждала такой славы.
— Думаю, ты права, Беа, — сказала она. — В конце концов, следователь ведь не спрашивал меня, не доводилось ли мне когда-либо подслушать, как они ссорятся.
— Конечно, не спрашивал и, если повезет, никогда не спросит.
Мисс Шарп почувствовала, что пора сменить тему разговора.
— Как это воспринял доктор Штайнер? — спросила она. — Ты всегда говорила, что он стремился добиться перевода мисс Болем в другое подразделение."
"— Это еще одно весьма странное обстоятельство! Доктор Штайнер был ужасно огорчен.