Они тоже оставили небольшой подарок, и половина его оказалась на пиджаке Фанерова.
Изрядно охренев от такого «подарка», Женя разразился яростной отповедью и точно бы сорвался преследовать их за стену, но О-Рен была недалеко. Смирив его пыл, она увела его переодеваться.
Фигурки на торте действительно были: я в образе какого-то варвара в набедренной повязке стою на холме из печенья и поднимаю вверх меч, а Маша в кольчужном бикини сидит подле моих ног и обнимает меня за ногу.
— Это кто такой затейник? — удивился я, рассматривая бугры мышц этого великого воина, и кажется за моей спиной захихикала Маруся.
— Горько! — вновь крикнули в самый неподходящий момент, и нам пришлось отложить поедание торта.
Когда народ угомонился, мы с Машей отрезали себе по куску, и тут вступила в дело очередная дурацкая традиция. Мы должны были откусить кусочек побольше — тут и решится, кто из нас будет хозяин в доме. Ну спасибо, что из туфли не заставили пить!
Половина гостей — преимущественно старшего поколения — отнеслись с этому процессу крайне серьезно, а Саша Есенин еще и начал давать советы с какой стороны мне кусать, чтобы отхватить больше «семейного пирога».
Откуда они вообще в курсе про такие трюки, так и осталось загадкой. Ладно подруга Пушкина, но эти трое вроде холостые? Хотя, кто его знает, что там у них за душой…
В общем, победил я, но мы с Машей и не старались перещеголять друг друга.
Затем пришла пора тостов. Нас с Машей усадили за стол, и на сцену поочередно начали выходить гости с разными приятными словами. Очень мило выступил Кутузов с Нахимовым. Сразу видно — мужики давно женаты и знают, как растопить сердце женщины."
"Мне тоже пришлось выйти. Речь мне уже заранее заготовила Лора, и я разразился очень милой тирадой, от которой Маша даже всплакнула.
Следующим, слегка пошатываясь, вышел Валера, но он был весьма лаконичен:
— Миша, будь мужиком! И не давай себя в обиду! — он сжал кулак, и от всплеска силы, лопнула пара лампочек.
— Какой мужчина… — проговорили за моей спиной. Кто это был я так и не понял.