Надеюсь, мне показалось…
Падаю. Получаю еще один удар в лицо. Больно! Со стороны дороги раздается гул спецсирены. Я ложусь на теплый тротуар и со стоном обнимаю поврежденную ногу.
Бой… у меня скоро бой! А-а-а!!!
— Тёма, — гладит меня по волосам Эля. — Мы скорую вызвали, — хлюпает носом.
— Уйди от меня, — рычу на нее. — Не трогай! Одни проблемы от тебя!
Но она не уходит. Так и сидит рядом, пока Лу говорит с полицией.
Звонят отцу. Он приезжает одновременно с врачами. Я отворачиваюсь, чтобы не видеть очередное разочарование в его глазах.
Медики осматривают, сообщают, что перелома нет. Вывих. Но это все равно травма, черт бы ее побрал! Фиксируют ногу. Аккуратно перекладывают на носилки. Родитель тут же оказывается рядом.
— Ты как?
— Не знаю пока, — морщусь от боли. — Обезболивающего хочу.
Закрываю глаза и стараюсь сосредоточиться на распирающей меня злости и все еще гуляющему по венам адреналину.
— Я все решу. Держись. Ты же боец, — аккуратно сжимает мою руку. Отпускает скорую.
В травме меня еще раз осматривают, делают снимок, обкалывают ногу анестезией. Вправляют вывих. Накладывают лангету и отправляют в палату. Тут же прибегает медсестра, обрабатывает ссадины. К ним я давно привык. Молча жду, когда закончит.
— Какой терпеливый мальчик, — улыбается женщина.
— Можно? — в дверях палаты появляется отец.
— Да, только недолго.
Он садится на край кровати. Внимательно меня осматривает. Отворачиваюсь. Так погано внутри, что хочется повыть на эту дебильную бежевую стену.
— Девчонки мне все рассказали. Удивлен, если быть честным. Но ты большой молодец, сын. Горжусь. Я говорил с врачом….
— Сколько? — сжимаю пальцами простыню.
— Не меньше месяца. Этот бой ты точно пропускаешь.
— Мы еще посмотрим! — упираюсь взглядом в стену.
— Не дури, Артем. Здесь без вариантов. Тебе нужна отдельная палата? — переводит тему.
— Мне нужно, что бы меня просто не трогали какое-то время, — говорить больше не хочется.
— Я тебя понял. Элю позвать на минутку? Она очень переживает.
"— Не надо! — срываюсь и снова до треска ткани стискиваю простыню. — Сейчас она последняя, кого я хочу видеть, — сжимаю зубы, на языке остается твердая крошка.
— Ладно, — кладет мне под подушку мой мобильник. — Напиши, что нужно. Я завтра все привезу.
За отцом закрывается дверь. Чувствую на себе взгляды еще двух «местных». Только заговорите сейчас со мной! Начну посылать по известному маршруту. Мужики благоразумно молчат.