Толчки Никиты становятся резче, глубже, быстрее. Я закрываю глаза, концентрируюсь на ощущениях. Достигаю пика одновременно с ним. Тело сотрясает мелкой дрожью, хватаю зубами подушку. Обмякаю под весом Никиты.
Он не выходит из меня сразу. Еще лежит сверху какое-то время.
— Люблю тебя, — шепчет и целует меня в плечо. Только после этого перекатывается рядом на кровать.
Я остаюсь лежать лицом в подушку. Чувствую, как из меня вытекает тёплая сперма. Глаза жжёт от подступающих слез. Осознание собственной неполноценности как женщины давит на меня, ломая кости.
Отвлекаюсь от печальных мыслей, когда Никита подхватывает меня на руки и несёт в ванную. Там, прижав к кафельной стенке душевой, снова берет меня. Ненасытный. А я не возражаю. Сама дрожу от желания.
Мы засыпаем под утро. Днем в воскресенье Никита едет в больницу к маме, а я остаюсь одна в его квартире. Поверить не могу, что согласилась тут жить. Может, зря? Но не хочу рисковать своей жизнью, так что останусь в квартире Свиридова, пока все виновные не будут найдены и наказаны.
Когда мы ложимся спать, с грустью думаю о том, что не увижу Никиту до пятницы. Хочу прогнать это тоскливое ощущение, а не получается. А когда в четыре утра у Ника звонит будильник, и я иду провожать его в прихожую, то и вовсе в груди появляется ноющая боль.
— Люблю тебя, — полностью одетый, в куртке и шапке, Никита прижимает меня к себе и целует. — Уже скучаю, — отрывает меня от пола. — Поскорее бы пятница, чтобы примчаться к тебе.
«Поскорее бы пятница», мысленно соглашаюсь, когда за Никитой закрывается дверь, а я остаюсь стоять одна, зябко обхватив себя за плечи.
Глава 40. Больше, чем футбол
Лиля
Каждый день до пятницы жду Никиту. Это то самое чувство, которое я испытывала шесть лет назад в ожидании наших свиданий, — нетерпение и замирание сердца.
Мы разговариваем по телефону каждый день. Никита звонит вечером, и мы просто болтаем. Обо всем. Я рассказываю, как прошёл день на работе. Он рассказывает, как прошла тренировка. Много смеёмся. Вспоминаем что-нибудь весёлое из прошлого.
Положа руку на сердце, переезд в квартиру Никиты и появление личного водителя значительно облегчили мне жизнь.