Нужно попробовать вернуть его в санаторий.
— Ты сам-то веришь, что это возможно? — я постаралась говорить как можно спокойнее. — Миш, ты болен…
— Считаешь, что я слетел с катушек, да? — бывший жених с какой-то горечью усмехнулся. — Ошибаешься. Все дело в том, что отец перед сокращением вынес с завода очень интересные бумаги, считал, что из-за них его могут посадить. Я изучил эти документы и пару дней назад передал куда следует вместе с соответствующим заявлением, а сегодня утром меня уже вызывали на беседу в органы.
Мозг отчаянно пытался состыковать факты. Бумаги, заявление… В органы? Неужели все это приняли всерьез? Бред какой-то…
— Ты за этим меня сюда позвал? Рассказать о том, как планируешь наказать невиновного человека?
— С ним рядом небезопасно. Начнутся проверки… Зачем это тебе? Я предлагаю вернуться домой. Со мной. — Миша протянул мне руку и улыбнулся почти как раньше, но ключевым словом было «почти».
— Можешь быть спокоен. На Александра я больше не работаю, а из Москвы сегодня вечером уезжаю, — я поднялась со стула, так и оставив любимый десерт нетронутым. — Но точно без тебя.
— Крис, это еще не все… — Миша попытался схватиться за мою ладонь, но удалось увернуться.
— У меня нет желания слушать, как ты жалуешься и винишь других во всех своих несчастьях. Во всем виноват только ты, и я надеялась, что в «Зеленом городе» до тебя достучатся.
За нашей ссорой точно наблюдала добрая половина офисных клерков, мирно жующих салаты. Но было плевать. Хотелось раз и навсегда обрубить все связи с этим человеком.
— Крис! — Миша резко поднялся из-за стола, сбивая кружку с недопитым кофе, которая с пронзительным звоном разбилась о белоснежный кафель.
Воспользовавшись этой заминкой, я со всей возможной скоростью направилась к выходу.
Нужно слиться с толпой, затеряться в каком-нибудь магазине, где он меня не найдет. На глаза тут же попалась вывеска известного магазина нижнего белья, и я рванула туда. Хотя рванула — это громко сказано. Поковыляла, периодически оборачиваясь и нервно озираясь по сторонам.