Конечно, те кто сильнее, всегда будут вас грабить, убивать, насиловать. Надо учиться давать сдачи. Надо учиться мстить.
Он открыл передо мной дверь своей вонючей каморки. Галантный кавалер! Хорошо.
Я была тут пару раз. Стол, шкаф, трюмо, двуспальная кровать. Мерзкий запах затхлого жилья и окалины от старого обогревателя."
"– Садись, милая!
На столе, под треснувшим стеклом, лежали какие-то бумажки, фотография полноватой женщины, затянутой в ярко-синий атлас, позирующей на фоне дверного проёма. На стенах рисунки.
– Ты садись, садись…
Моя водка оказалась на столе, там же появились две стопки – одна кругленькая, резная, другая – в виде маленького гранёного стаканчика, обе мутноватые, как будто плохо помытые. Мне досталась резная.
– Ну, давай, по-взрослому, залпом! Вот, оделась, накрасилась и сразу видно – взрослая девочка. Это Стас тебе краситься запрещает?
– Да, – я кивнула, не поднимая глаз. Конечно, я стесняюсь.
– Козёл он, твой Стас! Козёл и пидор. Представляешь, Заинька? Пидор. Как мой Леночка. Жалко, страшный такой – шестнадцать лет, а ростом выше меня, – будущий труп довольно прищурился. – Вот Игорёк – он да, хорошенький… И Максик… А ты ещё лучше. Я так думаю, Заинька…
Грохот словно бы выбиваемой двери раздался в тишине с удвоенной силой, и я, хоть и ждала его, вздрогнула вполне натурально и даже расплескала водку.
– Эт-то ещё что… – будущий труп недовольно поднялся. – Да чего они там творят?
Грохот не прекращался и он пошёл поглядеть.
– Ничего непонятно… Опять дурака валяют, Стас, небось, пакостит, уродец! – будущий труп залпом выпил водку и понюхал рюмку. – А ты пей, да вот, закусывай, – он подвинул ко мне пластиковую вазочку с какими-то конфетами.
И взял меня за руку. Рука была тёплой и липкой, кожа – жёсткой. И волосы у него – они росли на фалангах пальцев. И обручальное кольцо.